Цитаты из книги Цвет волшебства

Іноді я думаю, що людина могла б мандрувати диском усе своє життя і не побачити всіх чудес, які варто побачити в цьому світі (...). А тепер виявляється, що існує до того ж безліч інших світів. Коли я подумаю собі, що помру, не побачивши і сотої частини усього, що є під зірками, це викликає в мене почуття (...)смиренності, гадаю. Ну і обурення, звісно.

Вот к примеру, какого все-таки пола Великий А'Туин? Согласно неимоверно авторитетным заявлениям астрозоологов, на этот жизненно важный вопрос невозможно будет ответить до тех пор, пока не будет сооружен более крупный и мощный подъемник для космического корабля глубокого погружения. Пока же остается лишь размышлять об уже познанном вселенском пространстве.

– Ты не понимаешь! Я же всю жизнь мечтал увидеть дракона! – Изнутри? Заткнись и скачи давай!

Ни одно божество не может скрыть природу своих глаз. Природа глаз Рока Плоского мира была такова, что если с первого взгляда они казались темными, то при ближайшем рассмотрении оказывалось, что это всего лишь дыры. Но поздно, слишком поздно отводить взгляд – эти дыры уводили в черноту столь далекую и глубокую, что смотрящего неумолимо затягивало в эти два одинаковых озерца бесконечной ночи и уносило к ужасным, кружащимся звездам…

— Какое странное существо, — заметил Двацветок. — А оно опасно? — Только для людей! — крикнул в ответ Ринсвинд.

-Да, я тоже так думал, - отозвался Ринсвинд. - А это вино из раздавленных глаз осьминогов? -Из морского винограда, - ответил старец. -Замечательно, - сказал Ринсвинд и залпом проглотил целый стакан. - Неплохо. Может, чуть солоновато. -Морской виноград - это разновидность небольших медуз, - объяснил незнакомец. - Но, по-моему, мне следует представиться. Кстати, почему твой друг приобрел такой странный окрас? -Полагаю, культурный шок, - ответил турист. - Как, ты сказал, тебя зовут?

-Ты находишь пробковые яблоки под пробковой яблоней, - объяснил он. - Ты находишь сокровища под алтарями. Логика.

Дриада обратила к нему свои зеленые глаза. -Неужели ты считаешь, что у тебя есть выбор? - спросила она.

Круги парадокса расходились по морю причинноследственности.

Вся книга такая. Это гораздо более интересное чтиво, нежели то, которое худшего качества. Вторую прочитаю.

Когда-то, давным-давно, здесь возникло по-настоящему мощное магическое поле, и мы ощущаем на себе его последствия. — Вот именно, – подтвердил проходящий мимо куст.

– Что это за люди? – поинтересовался Двацветок. – Ну, знаешь ли… Люди какие-то, – ответил Ринсвинд. Но прежде, чем он успел захлопнуть рот, некая часть его мозга, которой явно нечего было делать, захватила контроль над его языком и добавила: – Вообще-то, это герои.

Ринсвинд бросился бежать. Смерть проводил его взглядом и горько пожал плечами.

– НУ И ПОШЕЛ ТЫ…

- Я просто считаю, что мир должен быть, ну, вроде как более организованным

• Это всего лишь фантазии
• Понимаю. В том-то и беда.

Он редко тратил время на размышления, почему одни люди желают видеть других мертвыми. Знать, такова жизнь...

- Это приспособление для быстрого изготовления картинок, - объяснил Двацветок. <...>

• В этой коробке сидит демон, который рисует картинки, - коротко перевёл Ринсвинд.

- Ты сам себе враг, Ринсвинд. Причём самый худший, - заявил меч.

Ринсвинд спросил себя, что же это за жизнь, когда приходится постоянно плыть, чтобы остаться на одном месте. «В точности мой случай», – решил он.

I’ve seen excitement, and I’ve seen boredom. And boredom was best.