Босс Мэн

Надежда. Удивительная штука. Она растёт внутри тебя, как виноградная лоза, оплетает твоё сердце, согревая его.

Даже после самой темной ночи снова взойдет солнце.

Ему было, наверное, всего чуть за сорок, но на улице быстро стареют.

– А какая разница между совместным ужином и свиданием?
– После совместного ужина ты не пойдешь ко мне.

Ты наказываешь женщину потому, что она красива и нравится тебе. Это все равно что наказать кого-то из-за возраста или цвета кожи.

- Здесь есть требования к кандидату. Не пьет, психически здоров и уравновешен. Интересно, в Йемене в курсе про проблему ПМС?

Давайте посмотрим правде в глаза. Мы, женщины, носим наше право изменять свое мнение, как почетный знак. И то, что нам нравится сегодня, может быть признано полностью непригодным завтра!

Иногда ты понимаешь, что тебе чего-то не хватало, только найдя это.

Даже сталкерство со временем превращается в рутину.

Важно не предложение, а человек, с которым ты проведешь следующие сорок лет своей жизни.

Знаете, как это бывает: через некоторое время даже самые удивительные вещи становятся обыденными, и ты начинаешь забывать, как раньше при виде них у тебя перехватывало дух? Блестящие вещи теряют свой блеск в твоих глазах, хотя все еще сверкают.

Я могу физически удаляться от нее, но она всегда внутри меня. Расстояние ничего не изменит. Она в моем сердце, пусть и не в моей жизни.

Каждый сам делает выбор.

– Это твой дядя Чейз. Надеюсь, ум ты унаследуешь от него, но внешность от меня.
Чейз наклонился поближе.
– Умно, с учетом, что ты на меня очень похожа.

– Я могу посидеть снаружи, если ты хочешь побыть одна.
– Только что половина госпиталя заглядывала мне под ночную рубашку. Даже просто полежать со сведенными ногами уже ощущается как уединение. – Ее улыбка была искренней.

– Палата 210. Мне нужно вернуться до того, как она убедит врача сделать мне вазэктомию без анестезии.

– Но насколько я знаю свою сестру, Эван – единственный участник процесса, на которого она сейчас орет благим матом.
Я пожала плечами:
– Это справедливо, если тебе интересно мое мнение. Ему не пришлось ходить с мячом для боулинга в животе на протяжении девяти месяцев, и не ему переживать мучительные роды. Потерпеть ругань – меньшее, что он может сделать.

– Мне кажется, у меня все это время ушло на понимание того, в чем суть движения дальше. Это не значит забыть все, что у тебя было. Это значит помнить ее, но строить будущее без нее.

Невозможно проводить с кем-то сутки напролет, чтобы защитить.