Сознание воспринимает мириады впечатлений — бесхитростных, фантастических, мимолетных, запечатленных с с строгой стали. Они повсюду проникают в сознание непрекращающимся потоком бесчисленных атомов, оседая, принимают форму понедельника или вторника, акцент может перемениться — важный момент скажется не здесь, а там; потому-то, если бы писатель был свободным человеком, а не рабом, если бы он мог описывать все то, что выбирает, а не то, что должен, если бы он мог опереться в своей работе на чувство, а не на условность, тогда не было бы ни сюжета, ни комедии, ни трагедии, ни любовного конфликта, ни катастрофы в принятом смыслe слова и, может быть, ни одна пуговица не была бы пришита так, как это делают портные с Бонд-стрит.