Бездна Челленджера

– В конце концов ты поплывешь с нами. Ты и сам это знаешь, ведь правда? Рано или поздно мы со змеем возьмем свое.
Я думаю над его словами, и хотя от одной этой мысли у меня мороз по коже, это очень даже возможно.
– Может быть, – отвечаю я. Потом признаюсь: – Наверное. Но не сегодня.
Я разворачиваюсь и спускаюсь по трапу. Он узкий и довольно шаткий, но я ходил и более опасными тропами. Снова оказавшись на причале, я оборачиваюсь, чтобы поглядеть, не исчезла ли яхта, как свойственно видениям. Но нет, она на месте, и капитан по-прежнему ждет, уставившись на меня своим единственным глазом.
И я понимаю, что он будет ждать всегда. Он никуда не денется. Возможно, однажды я стану первым помощником и, хочу я того или нет, отплыву к странным берегам, чтобы нырять в пучину снова и снова. И, быть может, однажды я нырну так глубоко, что меня поймает Змей Бездны и наверх я уже не выберусь. Нет смысла отрицать, что такое случается.
Но сегодня не случилось – и это приносит мне огромное облегчение.
Значит, до завтра все будет в порядке.

Шизофрения, шизоаффективное расстройство, биполярное первого типа, второго типа, тяжелое депрессивное расстройство, психотическая депрессия, обсессивно-компульсивный невроз и так далее и тому подобное. Все эти ярлыки ничего не значат, потому что не бывает двух абсолютно одинаковых случаев. Каждый по-своему живет и по-своему реагирует на лекарства, так что ничего нельзя знать наверняка.
А мы все любим консервы. Нам все на свете подавай в баночках и коробочках, которые можно надписать. И пусть мы даже научились их надписывать – это еще не значит, что мы знаем, что внутри.