Станюкович
Paga_Nel
- 16 книг
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценка
Ваша оценка
Сэр, этим рассказом Вы изваляли меня в грязи... Ну да ладно, не растаю, мне не шестнадцать и моё негодование на подобное утихает с каждым годом. А жаль... Мудрость - вещь прекрасная, как седативная таблетка, только чистоты в душе с каждой философской мыслью всё меньше и меньше, увы. Или наоборот больше, потому что такие очерки предостерегают от ошибок в людях? А без опыта их можно совершать до конца дней своих, неверно считывая натуры, верно?
Удивительные мистические перекликания книг в моей жизни всё продолжаются. Едва закончив отзыв на горьковского "Фому Гордеева", где я с мудростью оправдывала и пригревала на груди павшего мужчину, потому что он заслужил моё расположение, я натыкаюсь на новое недоразумение, потерявшееся в жизни. И что вы думаете - я буду его сейчас здесь ругать и клясть за аморальное поведение? Нет, мне его просто жаль.
А что будет с мальчиком, воспитанным в богатстве и разврате, который старательно поддерживался всеми, кто его воспитывал? И получилось именно то, что должно было получиться. Прелюбодей и мот, пустое, бестолковое существо мужского рода с инстинктами. Автор изобразил его таковым - некий аристократический тунеядец. Пожил, погулял, не разбив даже ни одного сердца, потому что "сердец" не встретилось, зато наделал кучу долгов и дошёл до суда. Это не Печорин, потому даже не злит. Но мне и зацепиться не за что, чтобы развернуть свою адвокатскую философию. Немножко краснела за зрелых женщин, пускающих слюнки на юные гормоны. Но, писатели, как всегда, беспощадны ко всем.
"Сложный процесс мысли и чувств происходил в мальчике. Чувство раскаяния, боли за отца, чувство стыда охватили теплом его детское сердце.Он как-то приник, швырнул от себя рубль и, тихо повернувшись, в раздумье побрел к скамейке. Когда он поднял глаза и увидал перед собою красивую Каролину Карловну, залитую багровым светом заходящих лучей, он бросился кней и нервно зарыдал у нее на груди, как бы ища оправдания. Она пригрела его, ласково перебирая его шелковистые кудри, а мальчик тихо всхлипывал, убаюкиваемый ровным дыханием груди и ласковым щекотанием женских пальцев."