Декабристы

Моя любовь - кольцо: у кольца нет конца. Николай Бестужев

Предсказание наше сбывается, последние минуты наши близки, но это минуты нашей свободы: мы дышим ею, и я охотно отдаю за них жизнь свою. Рылеев

Они меня повесят, расстреляют, четвертуют...Пилюля была хороша! Лунин

«Ах, как славно мы умрем!»

Бестужев-Рюмин: «Наша революция будет подобна революции испанской (1820 г.); она не будет стоить ни одной капли крови, ибо произведется одною армиею без участия народа. Москва и Петербург с нетерпением ожидают восстания войск. Наша конституция утвердит навсегда свободу и благоденствие парода… Мы поднимем знамя свободы и пойдем на Москву, провозглашая конституцию…

Зачаровывает, овладевает старшими, опытными офицерами обладающий «гипнотическим даром» зеленый подпоручик Бестужев-Рюмин; и, конечно, это он настоял на чтении Катехизиса, хотя Матвей Муравьев противился.

«Единственными приятными минутами я обязан Бестужеву… Не можете себе представить, как я счастлив его дружбою: нельзя иметь лучшего сердца и ума при полном отсутствии суетности и почти без сознания своих достоинств. В особенности я привязан к нему потому, что он очень похож на моего чудесного Матвея, который тоже не знает, как в нем много хорошего».

«Сергей Муравьев и Бестужев-Рюмин составляют, так сказать, одного человека».

„Я не узнаю тебя, брат, — сказал ему однажды Матвей Иванович Муравьев, — позволяя такие насмешки над Бестужевым, ты уничижаешь себя, и чем виноват он, что родился дураком?“ После этих слов брата Сергей Муравьев стал совершенно иначе общаться с Бестужевым, он стал заискивать его дружбы и всячески старался загладить свое прежнее обращение с ним. Бестужев к нему привязался, и он также потом очень полюбил Бестужева».