С одним из наиболее ценных моих немецких агентов во время работы в Швейцарии в ходе второй мировой чуть не произошла серьезная неприятность лишь потому, что на подкладке шляпы стояли его инициалы. Как-то вечером я ужинал с ним в моем доме в Берне. Кухарка обратила внимание на то, что мы говорим по-немецки. Пока мы воздавали должное отличным блюдам приготовленным ею, – роль повара она выполняла лучше, чем роль шпионки, – кухарка выскользнула из кухни, осмотрела шляпу моего агента и записала его инициалы. На следующий день она рассказала своему знакомому нацисту о том, что у меня был гость, судя по его речи – немец, и сообщила его инициалы. Мой агент был представителем руководителя немецкой военной разведки адмирала Канариса в Цюрихе и часто посещал немецкую миссию в Берне. Когда он вновь появился там, пару дней спустя после нашего ужина, два руководящих работника миссии, знавшие уже о донесении кухарки, отвели его в сторону и обвинили в том, что он контактировал со мной. Агент не растерялся. Обращаясь к старшему, он строго заявил, что действительно обедал со мной, что я якобы являюсь одним из его основных источников разведывательной информации о союзниках и, если они когда-нибудь и где-нибудь упомянут об этом, он позаботится о том, чтобы их немедленно убрали с дипломатической службы. О его контактах со мной, добавил он, известно только адмиралу Канарису и высшим представителям немецкого правительства. Дипломаты смиренно извинились перед моим другом и, насколько мне известно, впоследствии помалкивали. Мы извлекли из этого события для себя некоторые уроки. Я – что моя кухарка работает на немцев; мой немецкий агент – что он должен убрать инициалы со своей шляпы; и мы оба – что нападение – лучший способ защиты. И если агент А работает с агентом Б, иногда так и не узнаешь до самого Страшного суда, кто в конце концов и на кого работает. В данном случае, безусловно, все висело на волоске и только отчаянный блеф спас положение.
3 понравилось