Цитаты из книги Королева Бона

Она любила быть справедливой… разумеется, когда это не составляло труда.

— Все еще верю, уповаю, — ответил Фрич. — Ибо на свете существуют три блага, всем одинаково доступные: дышать, уповать и… — Говорите! Смело! И..? — Умирать, — заключил он.

В часовне опять воцарилась мертвая тишина. В ней остался лишь убогий, одинокий гроб с догорающей свечой, свет от которой падал прямо на пол, озаряя единственную золотую монету, потерянную пьяным слугою. Один-единственный дукат — жалкий след легендарного богатства королевы Боны, государыни твердой и мудрой, вероломной и страстной и никем не любимой…

Прекрасен Бари! Прекрасен сверкающий в их честь огнями огромный дворцовый зал! Но прежде всего — как прекрасна жизнь! Да, о да! Жизнь под ласковым, южным небом!

Неужто здесь, где только и говорят о распрях между Англией, Францией, Италией и Габсбургами, совершенно не принимают в расчет страну, которую она привыкла называть могущественным государством в срединной Европе? Видно, Сигизмунд не ошибался, считая, что после присоединения Чехии и Венгрии к Австрии для Польши мало что изменилось. Здесь по-прежнему взоры всех устремлены на империю Карла, где никогда не заходит солнце. Только это принимают в расчет. Ягеллоны… Неужели закат этой династии близок?

«Отчего повелителю Короны и Литвы не дано изведать полного человеческого счастья? Слышать веселый щебет детей, учить своего первенца стрелять из лука, объезжать коней? Почему любой из его подданных мог быть счастливей, чем он, король? Он украшал свою любимую нитками бесценного жемчуга, а не мог дать ей лекарства, которое продлило бы жизнь».

По небу плывут серые тучи… Как грустно смотреть на то, как уходит любовь, верность, дружеские чувства. А впрочем… Разве неумолимое время грозной своей рукой не коснулось и ее?

А ты, Фрич, знаешь хотя бы, что значит любить женщину? Любить так, чтобы решиться на самую большую жертву, на тяжкую борьбу? С сенатом, с посланниками шляхты и с тобою, да, с тобой — ты ведь был мне прежде другом, а теперь судьей быть хочешь.

«Будь осторожен и холоден. Игра в чувство украшает короля куда больше, чем способность к чувству».

Отечество должно быть матерью для всех. Матерью, а не мачехой!

Кому верить? Римскому королю? Он обманул их, подсунул больную, наверное, бесплодную дочь. Мужу? Сигизмунда обманул Мацеёвский. Звездам? Луна, видно, уж не кружит по небу… Солнце не восходит и не заходит. Остается Земля. Столь неблагоприятная земля под ее стопами. И одна она.

Вчера Фрич Моджевский озадачил нас рассказом об открытии Коперника. Этот астроном утверждает, будто не Солнце кружится по небу, а Земля. Что наши глаза заблуждаются, видя его восходы и заходы. Солнце неподвижно и является центром мира. Невероятно, но факт…

Я столько лет наблюдал за вами. Старался обнаружить хоть малейшую слабость, увидеть хоть след нежности. Никогда, ничего подобного! Поразительно: страстная, темпераментная дочь юга, а в сердце — глыба льда.

Если три женщины, две из Польши и одна русская полонянка, затеют что-нибудь, султану не устоять.

Нет у нас цветущих городов, да и прав для всех одинаковых. Но поистине странная это земля! Всегда всего мало, всегда все не так! Вы видите только то, чего нет, а то, что есть, ни во что не ставите. А при этом желаете получить все… тотчас же.

Нет ничего прекраснее леса! Гулять, дышать чистейшим воздухом, ни о чем не думать. Что за наслаждение!

Наполнив серебряный кубок, Марина подала его королеве. Но та, вместо того чтобы пить, долго всматривалась в зажатую в руке серебряную чашу и наконец сказала удивленно:

— Значит, так бывает, когда проиграна первая битва? Дрожит рука… Я расплескала воду… И все?

Все? Можно жить дальше?

Для меня важней закона сила и мысль! Мысль — самая дерзновенная.