Главы жизни

Мужчина может сильно полюбить женщину; они могут вообразить себе, что являются душами-близнецами, но если бы это было так, то у них были бы очень сходные интересы. Например, мужчина не мог бы быть убежденным атеистом, если бы женщина была глубоко религиозна. Различия в их убежде­ниях привели бы к определенному диссонансу, к некоторой дисгармонии, определенным трениям между ними, и вместо сближения они бы только отда­лялись друг от друга.

Самое большее, на что можно надеяться в этом мире, — это что двое в высшей степени совместимых людей смогут жить вместе и, благодаря чистоте своих помыслов и поступков, будут становиться все ближе друг другу. Но в наши времена обрести такую близость очень нелегко, ибо она требует огром­ного самопожертвования и бескорыстия. Неразумно было бы мужчине жить только ради любимой женщины, отдавать ей все и считать, что он поступает правильно, как неразумно было бы и женщине по ступать так же и считать, что и она все делает правильно. Недостаточно, чтобы один все без остатка отдавал другому. Необходимо, чтобы один давал другому именно то, в чем тот испы­тывает нужду, иначе взаимное отдаление неизбежно.

Многие считают, что встретили свою душу-близнеца, когда встречаются с астрологически совместимым человеком, который живет под тем же «лучом». Они могут жить и живут в гармонии, но это все же не полная гармония, это не слияние двух душ в единую сущность. Собственно говоря, если бы люди были столь совершенны, то они могли бы прожить в этом несовершенном мире не дольше, чем кусочек льда, брошенный в жаркое пламя. А посему два человека — мужчина и женщина — должны стараться жить друг с другом, проявляя взаимное терпение и бескорыстие.

... препятствие вырастает перед теми, кто рвется ... управлять чужими делами. Неисчислимая рать так называе­мых «благодетелей» только и мечтает о том, чтобы носиться ... по белу свету и повсюду наводить свой порядок, нимало не сомневаясь в собственной правоте! Грубейшую ошибку допускает тот, кто навязывает другому человеку свою помощь. В конце концов, сам человек лучше всех ориентируется в своих делах. И если кто-нибудь вьется над ним ... , словно назойливая муха, повсюду сует нос и велит своей жертве делать то одно, то другое, то все это можно назвать лишь наглой бесцеремонностью.

Вам нужно будет подумать об этом: трехмерный объект, например конь, человек или дерево, отбрасывает двухмерную тень, имеющую длину и ширину, но не имеющую толщины. Конечно же, в других планах существования нам следовало бы сказать, что тень имеет дальнейшее измерение, время — время своего протяжения. Но давайте забудем это на мгновение, возвратимся и отметим, что трехмерный предмет отбрасывает двухмерную тень. Мы можем предположить, что четырехмерный предмет отбросит тень в трех измерениях, так что те из вас, кто видел привидения, в действительности могли видеть тень человека, находящегося в четвертом измерении. Привидение — это человек, у которого видна длина, ширина и толщина, но он состоит из какого-то тенеобразного вещества, такого тенеобразного, как и сама тень. Так почему же не может так случиться, что наш четырехмерный посетитель, который нам неви­дим из-за своих четырех измерений, каким-то образом представляется нам в трех измерениях, может быть, и как привидение, которое имеет форму без заполнения ее субстанцией.

Если мальчик оставлен на второй год в том же классе, он часто недоволен и рассержен тем, что его оставили позади. Он склонен не ладить с новыми соучениками, он стремится переиграть свою роль и показать, что он знает больше, что он лучше, старше и так далее, а новые одноклассники все равно не любят мальчика, который оставлен на второй год в одном и том же классе. То же самое происходит и в классной комнате жизни: человек, который был отвергнут из-за того, что не достиг достаточного уровня, чтобы продолжать развиваться в новом цикле существования, должен возвратиться обратно и снова пройти через предыдущий цикл. Его подсознательная память содержит в своих девяти десятых подсознания подсознательную обиду, и он стремится быть всегда впереди любой ценой.