Цитаты из книги Slaughterhouse-Five

Когда я приехал в контору, эта журналистка спросила меня (просто из бабьего любопытства), как выглядел это раздавленный человек, когда его расплющило. Я ей рассказал. - А вам было неприятно? - спросила она. Она жевала шоколадную конфету "Три мушкетера". - Что вы, Нэнси, - сказал я, - На войне я видел кой-чего и похуже.

В конце концов, Билли не зря с самого детства изо дня в день утром и вечером смотрел на жуткие муки и страшные пытки. В Илиуме в его детской комнатке висело ужасающее распятие.

«И еще я им сказал, чтобы они не работали на те компании, которые производят механизмы для массовых убийств, и с презрением относились бы к людям, считающим, что такие механизмы нам необходимы»

She upset Billy simply by being his mother. She made him feel embarrassed and ungrateful and weak because she had gone to so much trouble to give him life, and to keep that life going, and Billy didn't really like life at all.

The visitor from outer space made a serios study of Christianity, to learn, if he could, why Christians found it so easy to be cruel.

Чужие сны обычно слушать не очень интересно.

“А ведь все эти годы я открывал окно и объяснялся миру в любви.”

Он стал мне рассказывать про концлагеря и про то, как фашисты делали мыло и свечи из жира убитых евреев и всякое другое. Я мог только повторять одно и то же: - Знаю. Знаю. Знаю.

Тот, кто умирает, должен умирать.

Мы там, где мы и должны сейчас быть.

К тому, чего Билли изменить не мог, относилось прошлое, настоящее и будущее.

Они думали о том, о чем можно было думать - то есть ни о чем.

Только у нас, на Земле, существует иллюзия, что моменты идут один за другим, как бусы на нитке, и что если мгновение прошло, оно прошло бесповоротно.

Нельзя людям оглядываться.

Истина - в смерти.

Всем положено умереть, навеки замолчать, и уже никогда ничего не хотеть.

В то время нас учили, что абсолютно никакой разницы между людьми нет. И еще нас учили, что нет людей смешных, или противных, или злых.

Наверно, там, в земле, тонны искрошенных в труху человеческих костей.\

- Всякое бывало.- У Билли мелькнула дикая мысль: как это верно! Хорошая была бы эпитафия для Билли Пилигрима. И для меня тоже. - А ты расскажешь о войне, если я тебя попрошу?- сказала Валенсия. В крохотной ячейке ее огромного тела уже собирался материал для создания "зеленого берета". - Будет похоже на сон,- сказал Билли.- А чужие сны обычно слушать не очень интересно.