На самом дне этой трубы кто-то выстроил город, как две капли воды похожий на фотографии из промокших книжек, которые иногда попадаются в разрушенных библиотеках наверху. Я видел такую фотографию, один к одному. Аккуратные домишки, изогнутые улочки, подстриженные лужайки, деловой центр – короче, всё, что должно быть в Топеке.
Кроме солнца, кроме птиц, кроме облаков, кроме дождя, кроме снега, кроме холода, кроме ветра, кроме муравьёв, кроме грязи, кроме гор, кроме океана, кроме бескрайних полей пшеницы, кроме звёзд, кроме луны, кроме лесов, кроме диких животных, кроме…
Кроме свободы.
Они были законсервированы здесь, как сардины в банке. Законсервированы.
У меня перехватило горло. Мне захотелось наружу. Наружу!.. Я задрожал, руки похолодели, на лбу выступил пот. Каким безумием было спускаться сюда. Надо немедленно выбраться наружу. Наружу!