Нет, Катя, я не воспринимаю жизнь, как игру, – неожиданно серьезно сказал Кирилл, поднимая на девушку глаза.
– А как ты воспринимаешь ее? – с интересом спросила она.
– Жизнь – это болезнь, – серьезно ответил Кирилл. – Помнишь стадии болезни? Отрицание, гнев, торг, депрессия и принятие. Подростковый возраст – это отрицание. Бунт. Человек все воспринимает настороженно или даже враждебно. Нестерпимо относится к несправедливости. Чувствует, что хочет что-то измениться, но не имеет ни потенциала для этого, ни опыта.
– Интересная точка зрения. А что же тогда принятие? – спросила Катя.
– Принятие – это взросление, – Кирилл вновь взялся за лук. – Лишь когда человек принимает свою болезнь, он начинает с ней работать. То же самое и со взрослением. Когда человек проходит все эти этапы, принимает жизнь такой, какая она есть, и действует осознанно, он начинает меняться. И его судьба – тоже. Все эти стадии не связаны с биологическим возрастом. Кто-то может бунтовать и в сорок пять, а кто-то – принять и повзрослеть в пятнадцать. Чертов лук, – вновь вытер глаза Кирилл и широко улыбнулся.
– А ты повзрослел? – вдруг спросила Катя.
– Я? Наверное, я на стадии торга, – подумав, отвечал Кирилл. – А вот ты близка к принятию.
– Думаешь? – сдула со щеки прядь темных волос Катя.
– Это будет зависеть от того, насколько вкусно ты меня накормишь, – подмигнул ей музыкант.