Реальность абсурда

Вынося приговор, я придерживаюсь правила: «Виновность всегда несомненна!»

Поглядите-ка, оно издохло, вот оно лежит совсем-совсем дохлое!

Обычно он заявляет, что подождет с этим до конца света; тогда, вероятно, найдется спокойная минутка, и уже перед самым-самым концом, после проверки последнего расчета, можно будет быстренько проехаться вокруг света.

К тому же мальчишки-лифтёры всегда нравились Карлу, они казались ему как бы украшением отеля.

...ибо беспрепятственное проскальзывание (в жилище - примечание.) наружу и внутрь – на что оно? Оно указывает на беспокойный дух, на нетвердую самооценку, на нечистые вожделения, на дурные черты характера, а они выглядят еще хуже перед лицом моего жилища, которое стоит нерушимо и может влить в нас мир, если только мы целиком откроемся его воздействию.

Относительно легко доверять кому-нибудь, если за ним следишь или хотя бы имеешь возможность следить; можно даже доверять издали; но из подземелья, следовательно, из другого мира, доверять в полной мере кому-либо, находящемуся вне его, мне кажется, невозможно.

Конечно, такое решение, вызванное только слишком долгим пребыванием на бессмысленной свободе, было бы отчаянной глупостью;

Презрение полиции куда лучше, чем её пристальный интерес.

Невозможно защититься, если тебя во всем подозревают.

"Я ведь должен голодать, я не могу иначе", — сказал голодарь. "Надо же — сказал смотритель, — отчего же ты не можешь иначе?" — "Потому что я не смог найти себе еду по вкусу, — ответил прямо в ухо ему голодарь, вытянув голову и сложив губы как для поцелуя. — Если бы я нашел ее, то, поверь, ел бы себе и ел, как вы все".