Ваша оценкаРецензии
viktork12 мая 2015 г.Очерки о культуре прошлого , конечно, интересны.
Но в обозримом будущем никакого «Нового Ренессанса» (как назвал свою книгу советско-российский культуролог Бибихин) нам не светит. При оптимистическом сценарии новое Возрождение должно происходить на принципиально новой основе, но как изменить природу человека. История учит тому, что ничему не учит, лишь наказывает за невыученные уроки (как писал В.О.Ключевский).4496
Eugene_wayfarer12 августа 2012 г.Читать далееОчень своеобразная книга, почти совсем нефилософская. В ней много от чувства. Параллельно ещё листал дневниковые записи Бибихина, особенно 90-х гг. Здесь, у Бибихина, всё дышит жизнью. Он знакомит меня с Данте, знакомит с Петраркой, открывает по-новому Леонардо (в главе «Кодекс Хаммера»). Восхищается Ренессансом, при этом расширяет его границы за пределы эпохи Возрождения, делает его смыслом и целью исторического прогресса.
Вот, например, характерная цитата:
Возрождение не прошлый период нашей истории, а её суть. Всякое открытие смысла это шаг к Ренессансу, который по своей задаче один теперь и в прошлые века (с.23).
Естественно, что при таком подходе история как наука оказывается помехой для философа и художника, ибо она
не может обращать внимание на философию и поэзию, это для неё побочные темы в конце анализа эпохи и страны, в разделе культуры, до которой в кратком историческом курсе дело вообще может не дойти. О том, что сама наука истории, историография, это далёкий и забывший о ступенях своего происхождения извод философии и поэзии, наука не только имеет право, но и обязана забыть, иначе она должна будет приостановить своё научное производство и задуматься (с.45).
Что же такое Ренессанс в понимании Бибихина?
Ренессанс впервые в истории ставит задачу целенаправленного, подлежащего осуществлению трудом ныне живущего поколения, собирания всего лучшего, что есть в памяти и в возможностях человечества (с.256-257).
Осуществить лучшее из доступного человечеству - это прекрасно. И так далеко от чаяний нашего мелкобуржуазного общества...3322
ne_chitaju31 августа 2011 г.Читать далееС тех пор, как Якоб Буркхардт обозначил Ренессанс в качестве самостоятельной эпохи, не раз многим доводилось сомневаться в правомерности признаков её размежевания с предыдущим и последующим периодами - таким образом ребром ставился вопрос о существовании "эпохи Ренессанса". Но точно такое же неопределённое, подвешенное состояние присуще и нашей современности. Именно на этой схожести играет Бибихин в своей работе "Новый ренессанс". С момента её выхода прошло уже более десяти лет, но это ничуть не отменяет остроты тех вопросов, которые задаёт читателю эта книга.
Определённо, что "пороговая" ситуация нашей эпохи наделяет изрядной долей ответственности тех мыслителей, которые будут определят дальнейшие перипетии исторического развития, как когда-то гуманистическая мысль сняла вековые ограничения на известные методы познания. Бибихин, через фатальность некоторых недавних политических памфлетов, через феномены стилистических метаморфоз в искусстве, пытается проникнуть в глубину, породившую видимые, и, кажется, необратимые изменения.
Сегодняшнюю тревогу пробуют сравнить со страхом конца света, охватившим Европу перед 1000 годом. <...> Вместе с тем, наше время отличается от конца I тысячелетия тем, что необратимые последствия в биосфере не ожидаются, а уже произошли. Радиоактивные отходы с неускоряемым процессом распада будут очень долго требовать для своего хранения специальных технических усилий, специалисты говорят о "заражении окружающей среды на тысячи лет вперёд"
Именно такие параллели - наши глобальные экологические, социальные и этнические проблемы, и ожидание второго пришествия, эпидемии чумы, крестьянские и религиозные войны - вынуждают искать признаки грядущей "революции", революции против Нового времени. Или наоборот: в его защиту. Между тем "революция всегда права" и "всегда неизбежно одерживает победу".
А между тем можно сколько угодно поражаться разноплановости этой книги. Взяв на вооружение методологию Зедльмайра, на которого, в свою очередь немаловажное влияние оказала венская школа искусствоведов и Алоиз Ригль, Бибихин берётся через продукты волевых творческих актов Делакруа, через архитектуру - носительницу истинно замкнутых стилистических форм, узреть разницу между леворадикализмом и ретроградством. Разумеется, никто не ответит, выполнена задача эта или нет. Более того, за десять лет так и не стало ясно, а вообще правильно ли поставлена задача. В конечном счёте, эта книга, как минимум призвана расширить кругозор - даже не в плане форменной эрудиции, а в плане видения современной проблематики -, ну а максимум, пожалуй, никто не волен устанавливать, более того ни кто не в силах даже предвидеть.1260