Последний из рыцарей

– Но ведь судья – наш друг!
– Нет такой дружбы, ради которой можно просить помиловать убийцу.

Они, как вольные художники, чувствовали себя хорошо в любой среде и в то же время, нигде не чувствовали себя дома.

Они были друзьями. А дружба не разбирает, кто старше, кто младше, ее не пугает даже разница между поколениями.

Неведение всегда тяжелее, чем правда.

Забвение – это добрая фея, которая окутывает милосердным покрывалом души людей. Время лечит. Зло исчезает…

«Несчастные одинокие дети, – думал он. – В этом дворце и в окрестных поместьях живут тысячи одиноких детей! Их держат в таких железных рукавицах, каких сами взрослые не вынесли бы ни одной минуты!»

Некуда деться от этой горечи и боли! Король… Йохум… Изящные дворяне, танцующие в другом конце зала… Хильдегард знала почти всех и знала, что не женам своим посылали они сейчас нежные улыбки.

Даже королева несчастна, что уж говорить обо мне.