Вода и грёзы

Воображение – способность творить образы, выходящие за пределы реальности, воспевающие реальность.

В произведении обычно недостает жизни потому, что ему недостает субстанции.

Возможно, более, чем какая-либо иная стихия, вода есть цельная поэтическая реальность.

Самый подходящий для материального воображения тип сочетания – сочетание воды и земли.

Читая По, приходишь к более глубинному пониманию странной жизни мертвых вод, и язык обучается самому страшному синтаксису, синтаксису умирающих вещей, умирающей жизни.

Материя, которую воображение не может заставить жить двойной жизнью, не может играть психологическую роль первоматерии.

Родина – это не столько протяженность, сколько материя; это гранит или земля, ветер или засуха, вода или свет.

Бытие существа есть прежде всего его пробуждение, и пробуждается оно при осознании необыкновенного впечатления. Индивидуум – это не совокупность его обычных впечатлений; это сумма его уникальных впечатлений.

Образами воды мы все еще живем, мы переживаем их синтетически, в их изначальной сложности, зачастую безрассудно с ними «сцепляясь».

Ежедневная будничная смерть – это не великолепная смерть огня, пронзающего небо своими стрелами; ежедневная смерть – это смерть воды. Вода всегда течет, вода всегда падает, она всегда истекает в своей горизонтальной смерти.