Предательство тела

В нормальном состоянии импульсы, возникающие в центре тела и текущие к периферии, действуют как спицы в колесе, обеспечивая наполненность и интегрированность организма. Постоянный напор импульсов, направленных на поиск удовольствия путем удовлетворения потребностей во внешнем мире, заряжает периферию тела, поддерживая его в состоянии эмоциональной готовности к отклику. В живом теле заряд периферии проявляется в тоне и цвете кожного покрова, в ясности глаз, в спонтанности жестов и в расслабленной мускулатуре.
В шизоидном состоянии формирование импульса слабое и спорадическое. Импульс не достигает периферии, и она остается не дозаряженной. Поскольку импульсы не доходят до поверхности тела, их силы не хватает, чтобы сохранить его интегрированность. Произвольная мускулатура контрактируется, превращая тело в своеобразный ригидный контейнер, стремясь предотвратить разрушительный ужас внутренней пустоты. Заряженность периферии тела шизоида снижается в результате того, что поверхностная мембрана становится слишком проницаемой для внешних стимулов, создавая свойственную большинству шизоидов гиперсензитивность. Контакт со внешней средой несомненно непрочен. Действия во внешнем мире, направленные на то, чтобы получить удовлетворение, как правило, неэффективны. Хроническая напряженность глубокой мускулатуры делает тело худым, придавая ему типично, астеничный вид.

Женщина откликается на беременность чувства¬ми, которые испытывает к своему собственному телу. Плод является частью ее тела. Как экспрессия ее женственности, он располагается в его нижней части. Плод, утроба и сексуальность формируют неразрывное единство. В большинстве случаев беременность придает достоинство сексуальному аспекту женской личности. Женщина переживает ощущение хорошего самочувствия, которое возникает в связи с новым принятием себя. Но если глубоко лежащий конфликт не разрешен, он выбивает ее из этого идиллического состояния. Положительные чувства исчезают, а беременность становится мучением. Когда отсутствует сердечное отношение к ребенку, женщине не избежать чувства, что она попала в ловушку, и что она не хочет ребенка.

Неспособность рычать и кусать связана с глубоко лежащим оральным отклонением, которое проявляется как нежелание вытянуть вперед губы (потянуться ртом) и сосать. Это отклонение возникает из-за орального конфликта с матерью, которая не смогла исполнить оральные эротические потребности ребенка. Детская фрустрированность приводит к ослаблению и исчезновению импульса, на который мать реагировала такой ненавистью, что у ребенка не осталось выбора, он вынужден был подавить свои оральные влечения и, соответственно, оральную агрессию.

Пациент, у которого отсутствует отождествленность, обычно не сознает, что играет роль. В большинстве случаев он не сознает и отсутствие отождествленности. Его жалобы на то, что он страдает и терпит неудачи, основаны на чувстве фрустрированности при разыгрывании роли. Адаптировав данную роль для того, чтобы быть приятным родителям, он не может понять, почему остальному миру его поведение не столь приятно. Он приходит к психиатру для того, чтобы тот помог ему усовершенствовать все ту же роль. Проявляясь в манере говорить, в осанке, в жестах, в экспрессии и движениях, роль, которую человек принял на себя ребенком, становится частью его структуры характера. Ее легко заметить в телесной позе, если точно интерпретировать эту позу. Сам пациент этого сделать не может, поскольку не сознает паттерн ригидности своего тела. Он принимает тело как нечто само собой разумеющееся. Чтобы «сорвать маску» роли, «разоблачить» ее, необходим анализ структуры характера пациента.