О, Томас Элиот, я лишь сейчас вас понял, Конечно, там в Стокгольме не дураки сидят, И премия рок-музыканту только значит, Что чувство юмора у них пока что есть. Я думал этой пьесой перекусить, Ведь выпить я могу и дома. Но это плотный ужин с переменой блюд. И акта три, и три героя. Один не может искренне любить, А как смириться с этим, ведь страдает честолюбье. Другая полагает, что её не может искренне любить Никто. Как это женщине стерпеть по имени Лавиния. Я с широко закрытыми глазами читал про их проблемы. Известно ль вам, по жизни всей нельзя судить О сущности любого человека, не говоря о ночи этой... А третьей захотелось исчезнуть, испариться Для всех людей и где-нибудь ещё Начать совсем другую жизнь. И дело ведь не в том, Что хочет быть одна, а в том, что каждый одинок. Неужто мы способны полюбить Лишь собственную выдумку, а сами Не любим и любовь внушить не в силах? Но если одиночество неустранимо, Влюбленный и предмет его любви Равно не существуют - сон сновидца И сам сновидец.
9 понравилось