Внутри компьютера

По спине пробежал холодок от соприкосновения с интеллектом, скрытым в игре. Экран сменил цвет с фиолетового на розовый. Астероиды стали взрываться, и их куски превращались в маленькие, темные черноволосые фигурки с черным оружием в руках.

"Надо поберечь свой череп, - подумал он. - Еще немного математики, и череп мой лопнет, так что и не починишь!"

- Вот, Эндрю, - сказал он, протягивая пакет сыну. - Последнее слово дьявольской японской техники. На некоторое время успокоишься.

То, что мы о себе думаем, делает нас такими, как мы думаем. Очень трудно начать думать по-другому.

- У меня вчера вышел скандал с папой, - поделилась Элейн. - Он не очень-то любит говорить про маму, но вчера много чего сказал. Оказывается, она меня никогда не любила.

• Ну это она зря, - заявил Эндрю. Матери должны заботиться о своих детях. Ты-то уж тут ни при чем. Не виновата. Это ее проблемы. И я ни в чем не виноват. И не чего нам разваливаться на части из-за того, что наши родители не могут поладить друг с другом. Мы будем в порядке. Мы выживем.

«Вот как это получается. То, что мы о себе думаем, делает нас такими, как мы думаем. Очень трудно начинать думать по-другому».

Надо по-настоящему ненавидеть себя, чтобы попасть туда самому. Раньше это мне не удавалось. Но сейчас я, кажется, узнал самого себя немного лучше.

Хотя понимала, что от ее слов может получиться большой вред, но почти радовалась этому. Она надеялась, что ее слова заденут его, дадут ему урок. Ей хотелось сказать ему что нибудь действительно ужасное. И тут она вспомнила, что Эндрю сказал ей в этой самой комнате. Ужасные, ненавистные слова швырнул ей в лицо, за которые она захотела его убить. Теперь она с ним рассчитается.

Почему-то полезные вещи все такие паршивые.

Джон поглядел на них своими подбитыми глазами.

— И за что он меня ненавидит? — вопрошал он с горечью. — Он же мой брат! Братья должны любить друг друга.

Элейн скорчила гримасу.

— Это только в книжках так бывает.

Ты знаешь, как работает эта программа? Она питается ненавистью. Ненависть дает ей энергию продолжаться. Она проникает в тебя, она подхватывает сигналы, идущие из твоего мозга. Чем больше ненависти, тем программа делается сложнее.

Жить по соседству с Джоном было все равно, что по соседству с репортером из газеты «Новости свидетеля». Джон смотрел на Элейн как на собственность, подаренную ему судьбой, и просто не мог не трезвонить о ней всем и каждому. Все, что становилось известно ему, тут же сообщалось всему классу.

Обычно кто первым предлагал дружбу, того, как правило, никто не любил.

Несколько минут назад она думала, что вот ему все безразлично, что с ней происходит. А теперь ее грела мысль, что он не знает, о чем она думает.

Как правило, она принимала его безоговорочно, любила, но время от времени видела его как бы на расстоянии, какими-то чужими глазами, и тогда он ее чем-то раздражал.