Воспоминания

Если воспринять язык, как сферу, в лоне которой человек формируется и посредством которой выражается его внутренний мир, то такой подход многое позволит нам узнать.
В виду этой теории вся жизнь Сергея Иосифовича представляется борьбой за сохранение себя, за любовь, хранимую внутри и на которую покушается внешний мир. Взращивание любви на поле одиночества. Слабость моей метафоры не позволяет понять всю трагедию и одновременно доблесть ее участников. В любом случае, мы собираем лишь осколки...
Предложенное сочинение написанно весьма хорошо и его достоинства трудно оспорить. Автор максимально удаляется от двоемыслия. Он честно рассказывает о плохом и о хорошем, щедро дополняя повествование здравыми и весьма своевременными размышлениями, расскрываясь не только, как человек,не лишенный литературных талантов, но и как мыслитель-практик, удаляющийся от всевозможной абстрактной схоластики.
Если использовать термины самого Сергея Иосифовича, то во многом - это книга о любви к Богу и человеку, которая не в теории, а на практике ищет свой путь, порой через многие трудности. Она доказывает саму себя, но не как некую математическую величину - доказал и позабыл, но как живую непреходящую реальность.
Один литературный критик говорил, что мы не способны понять Пушкина, когда поэт говорит о томлении любви, ибо мы уже не чувствует, в полную меру, ту палитру чувств, которая владела Александром Сергеевичем. Я убежден, что здесь происходит то же самое. Книга рассказывает о простых людях: знаменитых и нет, но при этом повествование переходит в очень сокровеную область, воспринять которую во всей ее глубине смогут не все.
Я не могу сказать ничего, сверх того, что эта книга греет сердце. Да и в иных случаях молчание и только молчание - лучший способ рассказа.

Среди молчания поднимаешь глаза и встречаешь взгляд наполненный мудростью, и в тишине разъединения находишь, что взгляд этот тебя понимает. А ты понимаешь его.

Редко случается, находя подобного автора, ты словно находишь давнего знакомого, с которым не нужно спорить, которому не приходится доказывать и объяснять своих истин, ты просто с ним молчишь об одном. И это приносит радость и утешение, согревает даже тогда, когда это теплота совсем уж неожиданна.

Удивительная вереница образов, раскрывает жизнь первой трети XX века. Особенности состояния духовенства и упадка веры, как у простого народа, так и внутри Церкви. Интересно, больно, но как-то, по-особенному животворяще.

Фудель расставляет всё по своим местам.
Тут ты не найдёшь идеализации Царской России и демонизации советского времени.

Вот оно, разрушение, обмирщение - началось с каждого отдельного человека, который оставил соблюдение заповедей, потерял любовь и больше не прикасается к Евангелию. И не в момент революции, и не за пару лет до неё, за долго до 1917 года.

Произвол "сверху", обрядоверие и удивительная потеря понимания того, что же самое главное в Христианстве. И слабые духом люди, видящие это и теряющие крупицы веры теряющие надежду.

А главное - любовь и жажда приблизиться к Богу.
И вот автор рассказывает о своих соприкосновениях с такой разной "верой" и такой разной "любовью" на свободе и в тюрьме.

Для меня книги С. Фуделя - это ветер надежды, хотя бы потому, что понимая причины нашего современного духовного оскудения, не оправдывая его только 70-ю годами агитационных работ безбожной власти и расстрелами, мы можем снова обратиться к себе. А что я? Каков я?
И попробовать пойти своим путём, держась любви и верности Богу и Церкви (как общности людей стремящихся к Богу)

и ещё