Они пришли к городу

Женщин не так-то легко доконать. Если бы не женщины, все полетело бы к черту.

ей опять пришлось разочароваться. Ну, она и злится на себя, зачем ожидала от вас большего, а на вас – за то, что вы ее огорчили…

Условия у нас, прямо сказать, дрянь. Система – никуда не годится. Но это меня еще не убеждает, что люди сумеют все вместе создать хорошую жизнь. Сдается – это не тот путь.

Джо. Меня просили об этом… Да, кстати, я не знал, что вы – комик.

Малькольм. С чего вы это взяли?

Джо. Я слышал, как там, внизу, на дороге, все хохотали. Что вы развеселого им рассказывали?

Малькольм (угрюмо). Объяснял нашу финансовую систему.

Такие, как вы, хватают свое маленькое счастье и сворачивают ему голову, как цыпленку.

Джо. Беда моя в том, что я не верю в революцию. Революционер, а в революцию не верю.

Кадуорт. Слыхал о таком, но сам имею дело только с Бэрклейским банком.

Джо (усмехаясь). А вы какой банк предпочитаете, мисс Фостер?

Элис (в том же тоне, подхватывая шутку). Сберегательную кассу на почте, мистер Динмор. А вы?

Джо. А я имею дело только с Всемирным акционерным обществом «Катись, камень, не обрастай мхом».

Нам скажут, что человеческую натуру нельзя переделать.Это один из старейших предлогов, для того чтобы смотреть на все сложа руки. И это неправда. Человек меняется вот уж сколько тысячелетий. Но есть одно неизменное, чего нельзя ни убить в человеке снарядами и пулями, ни выколотить дубиной, ни выжечь каленым железом, - это вечное стремление и надежда переделать мир так, чтобы в нем жилось лучше.