В поисках памяти

Эта изумительная книга Эрика Канделя о достижениях нейробиологии и его собственных исследованиях, посвященных деятельности мозга - яркий пример действительно хорошей научно-популярной литературы.

Несомненно, подкупает научная обоснованность. Кандель на редкость толково описывает биологические процессы, логика повествования выдержана в течение всей книги, и, перевернув последнюю страницу, ты откладываешь томик не только счувством удовлетворения от прочтения хорошо написанного текста, но и с пониманием, что ты узнал что-то новое и интересное. Кстати, само издание также оставляет впечатление достаточно серьезной для научпопа книжки: достаточно увесистый том, написанный Нобелевским лауреатом и снабженный подробным списком литературы, комментариями и пояснениями. Есть даже словарь терминов в конце для тех, кто что-то забыл, и четкие, подробные объяснения технических моментов.

Если после прочтения предыдущего абзаца вы решили, что эта книга говорит исключительно о заумных вещах таким же заумным языком, хочу вас переубедить: язык книги великолепен (благодарности и переводчику), так что процесс чтения доставляет искреннее удовольствие. К тому же, Кандель значительную часть своей работы посвящает фрагментам из автобиографии, определившим его дальнейшую научную карьеру и всю жизнь, он приводит множество интересных фактов из жизни научного сообщества и с теплом вспоминает о своих коллегах.

В результате мы читаем прекрасную книгу, где две линии – автобиографическая и научная – изящно переплетены и не оставляют впечатления разрозненности. На мой взгляд, этот труд обрадует как тех, кто серьезно заинтересован в нейробиологии, так и тех, кто только задумывается о связи между деятельностью мозга и такими ее аспектами, как мышление, обучение или память.

В книге поднимается ряд очень интересных и важных вопросов. Главный из них - природа памяти. И что самое интересное: в самой памяти и ее работе задействованы те же "кирпичики", из которых состоит все живое на Земле. От элементарных ионов элементов таблицы Менделеева до сложных белков.
Книга написана и как автобиография, и как научный труд. Познавательно, интересно. Но у меня, не имеющей медицинского или биологического образования чтение книги продвигалось медленно. Что бы усвоить всю информацию требовалось время. Но оно потрачено не зря. Получено много новых знаний. Как далеко шагнула биологическая наука за последние годы.

Прочитал 1/3, больше не смог. Это не о поисках секретов памяти, это скучные мемуары, автобиография.

Про евреев конца 30-х годов в Вене было интересно. Эрик Кандель считает, что австрийские нацисты могли дать сто очков форы нацистам германским. Германских нацистов он, правда, не видел так близко, как австрийских, но я готов ему поверить. Как в науке, так и в жизни ученики обязаны постоянно превосходить учителей. Как говорил Шестипалый (который с Затворником), это закон жизни. Может, даже закон биологии.
К счастью для автора, этот период его жизни скоро благополучно закончился.
Ему повезло. Мне нет: далее пошла огромная доза снотворного порошка. Ионные каналы, нейромедиаторы, гигантский аксон кальмара, крупные нейроны аплизии... в общих чертах я знаю всё это довольно давно из других источников, а мелких деталей поставленных разными людьми экспериментов мне и не надо.
Вообще-то я люблю читать описания тонких и остроумных экспериментов, и в биологии они часто ставятся. Но в данном случае тонкость и острый ум тонут под грузом малозначительных подробностей.
Может быть, дальше будет что-нибудь новое, но нет сил проверять. Подозреваю, что Кандель с параноидальной детальностью расскажет ещё о чём-нибудь довольно известном.

И это бы ещё ничего, но описание его личной жизни, взаимоотношений с десятками или сотнями каких-то людей с пересказом их биографий, привычек, научных интересов, занимаемых должностей, близких и дальних родственников... нет, спасибо, мне это совершенно не интересно. С трудом представляю себе, для кого это написано.
Как знал я одного Рамона-и-Кахаля, так по-прежнему его одного и знаю и по прочтении трети книги.

Эрик Кандель не только идейный последователь Фрейда. Он ещё и продолжатель фрейдовского литературного стиля. Как и его великий учитель, он умеет о самых интересных вещах рассказать занудно.
По какой-то таинственной причине Фрейда наградили премией имени Гёте. Я бы и Канделя наградил -- до кучи.
Да простит меня мировая нейронаука, читать это абсолютно невозможно, несмотря даже на большое количество хороших и разнообразных картинок.

Одно из самых больших удовольствий в моей жизни - общаться с умными людьми. Второе - общаться с людьми, влюбленными в свое Дело. Книга подарила мне оба наслаждения. Нейробиология -безумно интересная область, которая мало кого может оставить равнодушным. Как мы думаем, почему мы тревожимся, как запоминаем - каждый периодически задумывается над этими вопросами. В мозге ли находится наш разум и сознание и как они там помещаются? Есть ли отличия в молекулярном способе мышления Нобелевского лауреата и плодовой мушки? А вы можете представить как можно изучать память на моллюсках или тем более на культуре клеток в чашке Петри? Это ведь чудо!
Конечно врачам и психологам (да!) это надо читать обязательно. Но и читателям, далеким от биологии, медицины и психологии будет интересно. Хотя книга не развлекательная по сути.
Книга дает научные, современные представления о самых высоких (но, увы, далеко не полных на данный момент) достижениях науки о сознании, памяти и психике и методах их изучения, которые не просто можно понять, но даже попытаться анализировать с учетом своего бытового опыта.
Вот буквально забрела сегодня в малознакомый район и уже чувствую свой гиппокамп, чувствую как вытаскивает он из закромов запылившуюся карту этого пространства, а там столько белых пятен, и масштаб неверно указан.
Повторяю английские глаголы, и думаю -и сколько там цАМФ уже образовалось. Хватит или нет?
)))))
Язык не самый простой, автор - профессионал, который не хочет чрезмерно упрощать-искажая этим, но при этом вполне доступный.
Переводчику - отдельный респект.
Но если б только нейробиология и научные проблемы психиатрии и неврологии. История Вены, проблема антисемитизма и холокоста вплетается в повествование, история дружбы и сотрудничества, семейных уз, история развития медицины и психоанализа за долгий период работы автора в этой области.
Очень и очень.

Книга, способная создать множество новых синапсов в мозге читателя

Вопреки обыкновению писать отзыв только по завершении чтения и отдавать предпочтение упоминанию фактических особенностей книги (пусть даже и второстепенных), а не выражению эмоций, сегодня я решил нарушить оба правила, и хотя впереди остаётся ещё около сотни страниц и упомянуть бы следовало о скучных вещах вроде недостаточной ширины полей у переплёта, несколько затрудняющей чтение, я позволю себе отойти от формальностей и сказать несколько эмоционально заряженных слов.

Дорогой читатель! Я не знаю, чем эта книга станет для тебя, потому что мы вряд ли похожи, но для меня она стала открытием. Как ни странно, открытие это лежит далеко не в сфере естественных наук, как следовало бы предполагать. По ходу чтения я с удивлением заметил, что за месяц проживаю жизнь незнакомого мне человека: от ранних детских впечатлений — через десятилетия научных поисков — до размышлений пожилого учёного, получившего в начале восьмого десятка своих лет Нобелевскую премию как символ высшей степени признания его заслуг. Я никогда не испытывал особой тяги к «рассказам о былом» и, мягко говоря, не увлекаюсь историей, но чтение книги Эрика Канделя, в которой захватывающая череда научных задач и открытий переплетается с описанием жизни автора, окружавших его людей и исторических событий, позволило мне по-новому взглянуть на многое, что, согласитесь, случается не часто, когда тебе давно уже не двадцать.

Завершая своё короткое несвязное и бездоказательное «несанкционированное выступление», хотел бы ещё обратиться к родителям. Друзья, покупайте подобные книги! Если вам некогда читать такие пухлые тома и тяжело их носить с собой, чтобы открывать в дороге, — пусть они просто займут своё место на книжной полке в вашем доме и будут ждать, когда к ним протянутся руки ребёнка или молодого человека, ищущего знаний и вдохновения для жизни. И ещё: читайте эту книгу на ночь детям и, возможно, через много лет кто-то из них тепло отзовётся о вас в собственной Нобелевской речи…

Меня еще слегка передергивает при мысли о Питере Хеге, и, на фоне той отчаянной скукотищи в приключенческой книге, эта с самого начала очень меня захватила. Ну, еще бы, началось-то с преследования евреев в Австрии во времена Гитлера. Но не зря в одной из рецензий мне встретилось мнение, что лучше бы автор только об этом и писал. Увы, я вынуждена согласиться с рецензентом.
Вообще, книга немного странная. Заявлена она как нон-фикшен, касающийся науки, а начинается вот с таких вот исторических моментов. Продолжается биографией и романтическими увлечениями автора. Так, пардон, перед нами мемуары или книга об исследовании головного мозга? Или автор, вспоминая свое прошлое, пытается сказать, что это тоже входит в книгу, потому что это его память? Получается несколько натянуто. Автор не использовал некоторые эпизоды, чтобы подтвердить или сделать выразительнее какой-либо научный случай (кроме ситуации с голубой машинкой), а просто наслаждался, рассказывая о своей жизни, семье, учебе, знакомствах с девушками. Что ж, в некотором возрасте, это просто приятно, удариться в такие воспоминания (и он, как крупный ученый и нобелевский лауреат, бесспорно, имеет на это право). Но талантливым художественным слогом автор, увы, не обладает (да просто от ученых это и не требуется, важнее содержание), поэтому я слегка заскучала. Причем эти отвлечения на личную жизнь продолжаются на всем протяжении книги. То мы делаем опыты над лабораторными мышами, а то читаем как его невестка меняла религию. Нет уж, либо я читаю (и с большим удовольствием) мемуары о военном и послевоенном времени, либо уж не надо посвящать меня в свои семейные перипетии, которые не имеют никакого отношения к названию книги - поисков отдела памяти в головном мозге.
Далее мы, весьма незаметно, перешли уже к самим лабораторным исследованиям, когда ему посоветовали познать клетку. Но с биологией я попрощалась в школе. Я еще помню такое название, как аксон, но, увы, не более того. И это не моя любимая тема. Но я готова к восприятию. Если меня возьмут за ручку и поведут вдоль ряда показывать экспонаты, снабжая их подробным пояснением, что, зачем, для чего и какой результат мы получим в итоге. К сожалению, автор слишком увлечен собой и своей работой. Он не снисходит к объяснениям для отстающих, он просто восторгается материалом и бежит дальше. И вот мы уже делаем какие-то срезы, помечаем нейронные клетки у детенышей животных. Он пытается разобраться в своем лесу нейронов, а я в том, что он передо мной выстроил. Как вам, например, вот такие фразы:

Хотелось бы видеть путеводную звезду - понимать, зачем это и что нас ждет в конце. Увы, цели расплывчаты, понимать психику.
При этом, не могу не согласиться, что если подойти к этой книге серьезно, практически как к учебнику, и неторопливо разбирать абзац за абзацем, не теряя мысль повествования (и пропуская семейные сентенции), то вполне можно получить полезную информацию об отделах мозга, которые отвечают за то или иное умение, о способах купировать некоторые болезни, об открытии новых лекарств, которые стимулируют или, наоборот, снижают, выработку каких-либо гормонов и к чему это все приводит.
Вывод - чтобы книга была интересна для малознакомого с биологией читателя, она слишком перегружена специальными терминами. А вот человеку с естественно-научным образованием (либо имеющим его в качестве активного хобби) тут будет что почитать. Нет, право же, мне встречались куда более интересно написанные книги на подобные темы. При этом я, разумеется, не собираюсь умалять само значение работ автора. Но и интерес она будет представлять для тех, кто знает его работы.

Стрелки часов давно перевалили за полночь, когда-то горячий чай уже давно перестал согревать, в открытое окно врывался совсем не летний ветер, а мы все никак не могли остановиться. Представьте мой неописуемый восторг, когда впервые начав диалог с моим новым знакомым, я вдруг поняла, что давно не встречала таких собеседников. Мой собеседник - человек глубоко увлеченный любимым делом, человек многогранный и непредсказуемый, человек, который на протяжение всей жизни задавал вопросы и искал на них ответы, человек, который не боялся поменять курс жизни. А еще, он Нобелевский лауреат в области физиологии и медицины, и к этому качество добавляется масса качеств относительно остроты ума.
Но наверное, самым главным оказалось то, что он человек, который запомнил стук в дверь в далеком 1939 году, ведь именно с этого стука началось его любопытство относительно процессов памяти.

Я долгое время боялась приглашать его на чай и спрашивать относительно детские вопросы о том, где хранится наша память, как формируется кратковременная и долговременная, что происходит с человеком, который по причине болезни теряет эту память и почему так происходит, что ждет нас в будущем, будут ли когда-нибудь в нас загружать знания словно с флешки на компьютер, влияют ли эмоции на запоминание, где находится наш разум и... Вопросов было очень много, но с чего же начать, чтобы не показаться слишком глупой? И тут, спасибо моему собеседнику, он смог меня выручить, положил несколько ложек сахара в чай и начал рассказ о себе. Рассказал, как приходил к таким же вопросам, как координат но меня направления исследований, как вставал перед новыми будоражащими открытиями и как достигал успеха. И в этот момент я тихонько улыбнулась, потому что вдруг поняла, что уже несколько часов мне рассказывают глубокие биологические процессы, иногда позволяют пользоваться небольшой шпаргалкой, чтобы не запутать окончательно, но в целом, информация так интересна и так легко укладывается в голове, что страх показаться глупой уже давно прошел. Удивительная способность моего собеседника вести две линии повествования, рассказывать о своей автобиографии и о когнитивной психологии в перемешку с нейробиологией, интриговать этими рассказами и зажигать интерес, подарили мне ни одну бессонную ночь, когда я просто была не в силах остановиться.

И напоследок я посоветую и вам пригласить его на чай, ведь что может быть интереснее того, что происходит внутри нас с вами. Мы стремимся в космос к неизведанным вселенным, когда самая неизведанная из них находится прямо под рукой.

Очень сильная книга. Сразу хочу сказать это книга, не только о памяти, как можно подумать исходя о названия. Данная книга о высших когнитивных функциях нашего мозга таких как эмоции, привычки, восприятия себя и окружающими нас мира, описывающего данные явления редукционизм способом.

Память стоит в оглавление т.к. это краеугольный камень когнитивной психологии, потому что с помощью нее мы ОСОЗНАЕМ себя в настоящем, ассоциируем происходящее сейчас, пытаемся предсказать будущее, а что есть настоящее? Это всего лишь миг, миллисекунды, которые мы не можем уловить. По сути вся жизнь это воспоминания, кроме одного настоящего мгновения. Таким образом, можно сказать, что мы живем воспоминаниями, поэтому память играет большую роль в человеческом поведении.

Эрик Кандель - лауреат Нобелевской премии разъясняет нам о сложном, но об удивительном и очень важном для науки и для человека вообще такого явления как память. Многое уже было сделано и доказано в данной области, но ещё больше предстоит узнать, потому что наука это постоянный поиск в неизведанном. Поэтому автор будто слепой ведёт нас, ещё более слепых, через путь познания под названием "что же такое память". Справился он с этой задачей очень хорошо, также отдельный респект русским редакторам и переводчикам.

Автор начинает свое повествование с детства в Австрии, во времена когда Европу захватывал расовый антисемитизм, а он был с еврейской семьи, поэтому знает не понаслышке что это такое. Далее о переезде в Америку и собственно начале образования, становление себя как ученого. Изначально Экрика Канделя случайно привлек психоанализ, в тот момент также бурна развивалась молекулярная биология. Он предположил, что если синтезировать две этих дисциплины, то они могут дополнить друг друга и дать ответы на вопросы, которая не давала классическая теория психоанализа Фрейда.

Мне очень понравилось то, что о сложных процессах (психологических, биологических) рассказывается начиная с того как они были открыты, кем и какое научное понимание было в данную эпоху и какое оно сейчас. Таким образом, вы изучаете такое сложное явление как память собирая ее по одной крупинки и в конце книги у вас появляется целостная картина. Автор рассказывает о своих экспериментах в лабораториях, например с Аплизией (вид моллюска), и как ни странно это интересно, складывается ощущения во время повествования будто ты сам там присутствуешь и являешься его помощникам в лаборатории.

Также хочу отметить, что автору удалось изложить материал доступным для понимания широкой публики читателей, не обладающих специальным познаниями в данной области, при этом без тривиальности. Читается книга легко, наверно потому, что в ней содержится и личная автобиография, история становления новой науки, общие и философские рассуждения, все эти ветви очень лаконично связаны между собой.

Книга качественно оформлена, очень много иллюстраций, которые реально дополняют друг друга с текстом. Есть словарь всех необходимых терминов, которые встречаются в книги, так что можно спокойно обойтись без гугла. В связи с этим рекомендую покупать именно печатный вариант, потому что к списку терминов вы часто будете прибегать. Для очень любознательных есть подробный раздел примечаний и источников.

За последние полвека было много изучено и открыто в работе нашего мозга, а зная как работает наш мозг можно заметно улучшить качество жизни - это и есть главный посыл автора.

Рекомендую эту книгу всем кто хочет лучше понять работу мозга.

Открыв эту книгу, читатель получит несколько больше, чем ожидает. По сути, под одной обложкой здесь сразу три книги: научно-популярный рассказ о клеточной и молекулярной нейробиологии перемежается автобиографическими вставками-воспоминаниями о жизни в Вене, бегстве из-под нацистской оккупации, учебе в американских университетах, и все это обильно приправлено тем, что можно назвать научной автобиографией - воспоминаниями о коллегах, учителях, учениках, совместной работе и общении с ними.
Трудно сказать, стала книга от этого лучше или хуже. Длинные перечни имен людей, с которыми автору довелось работать в той или иной лаборатории, иной раз несколько утомляют, поскольку большую часть этих имен читатель больше никогда не встретит на протяжении всей книги. Хотелось бы, чтобы больше внимания было уделено собственно сути научной работы и сделанным открытиям.
Самое ценное в этой книге, пожалуй, история становления и развития автора, как ученого и научного работника. Извилистый путь интеллектуальных увлечений, приведший в итоге автора к биологии, которой он поначалу совершенно не собирался заниматься. Первый опыт самостоятельных исследований. История выбора направлений и методов. Искренняя увлеченность и любовь к своему делу, а также все проблемы и радости, которые из этого следуют. Юношеская претенциозность и пришедшее ей на смену понимание сути научной работы.
В целом, эта книга такова, какова она есть: рассказ о жизни, науке и своей работе от лица одного из наиболее выдающихся ученых-биологов XX века и одного из создателей современной нейронауки.

Префронтальная кора фокусирует внимание за счет работы нейромедиаторов – например, дофамина. Он усиливает сигналы между нейронами и укрепляет синаптические связи. То есть, чем вы довольнее и радостнее, тем активнее функционирует ваш мозг, тем вовлеченнее ваше сознание. А знаете, что интереснее нейробиологии? Мой завтрак. Помню, как встал с постели, сделал рожковый кофе, хлопнул дольку шоколадки и сел за компьютер, чтобы поделиться впечатлениями от книги Эрика Канделя.

Читал долго. Но не потому что сложно, а потому что душно. В научпопе я обычно жду либо сложной информации, требующей осмысления или перечитки. Либо легкой дофаминовой бомбы, которая взорвет мое эго точной метафорой, и я буду пересказывать ее жене во время прогулки. Например, что кратковременная память аплизии работает на уровне химических элементов, а вот долговременная требует синтеза новых белков. И что моллюск с 20 тыс. нейронов объясняет работу мозга человеческого существа с 86 млрд нейронов. Классно же? Вполне.

Вот только Кандель о научных исследованиях рассказывает с сухостью лабораторного ученого. Для него этот мир нейробиологии предсказуемый и понятный, и он ведает о нем с канцелярской индифферентностью. Зато о проблемах с женой Дениз, походах в венскую оперу, доме с видом на Гудзон, покупке дорогущих картин, речи на Нобелевском награждении и назидательных уколах в адрес лидера Австрии – обо всем об этом он докладывает с таким детским восторгом, будто только что узнал, что дендриты, аксоны и синапсы аплизии работают примерно так же (с кучей оговорок), как у человека.

Но за одно наставление Канделу хочется поблагодарить. В финале книги он призывает изучать новые сферы профессии, не бояться идти вслепую и не застревать в одной области. Даже если очень хочется. Даже если неокученные сферы внушают страх. Даже если кажется, что творческий или профессиональный риск угрожают стабильности. В ином случае это прямой путь к выгоранию и кризису середины жизни. Кажется, эти слова очень сильно попали в мою боль.

Хочется верить, что блаженная аплизия от психологических хлопот освобождена.