Смерть – вещь глубоко личная.

Верность в мужской армии направлена на саму армию, а не на общество, которое содержит эту армию. Верность в женской армии направлена на ее вождя.

Теперь Айдахо воочию видел доказательство этих слов. Теперь они внушали ему только страх.

- Не слушай его! Он сумасшедший! - Разумеется, - ответил Лето. - Когда в сумасшествии есть своя система, то это - гениальность.

Мы - не люди, идущие своим путём. Мы - первичные элементы, связывающие воедино один отрезок времени с другим. Когда же мы проходим, то всё, что остаётся позади нас, рассыпается, становясь ничем, то есть тем, что очень напоминает не-пространство иксианцев. Это никогда не становится тем же, чем оно было до нашего появления.

Спор закрывает дорогу пониманию. Спор всегда служит прикрытием насилию. Если спор длится слишком долго, то он неизбежно приводит к открытому насилию.

Все слова отличаются пластичностью. Образы, заключенные в слова, искажаются в момент произнесения слова.

Ты можешь считать тюрьмой любое место, которое тебе заблагорассудится. Это зависит от того, насколько далеко заходят твои иллюзии.
Ты толкуешь о тюрьмах, полиции и законности, прекрасной иллюзии, прячась за которую могут великолепно действовать власть имущие, великолепно осведомлённые о том, что установленные ими законы никто и не думает соблюдать.

Полиция всегда следит за тем, чтобы преступники преуспевали. Плох тот полицейский, который не понимает, что процветание власти зависит от процветания преступников.

Они не будут осознавать это, но тайна останется с ними навсегда, оставаясь в тени любого решения, которое они будут принимать, став взрослыми.

– Мой дядя Малки говорил, что любовь – это плохая сделка, потому что нет никаких гарантий.

– Твой дядя Малки был мудрым человеком.

– Он глупец! Любовь не нуждается в гарантиях.

Я – Бог. Я отличаюсь от вождей и поводырей. Бог не несет ответственности ни за что, кроме бытия. Бог принимает все и, таким образом, не принимает ничего. Бога надо определить, но он все равно остается безымянным. Бог не нуждается в духовном мире. Мой дух живет во мне и отвечает на мои малейшие движения. Я делюсь с вами только потому, что это доставляет мне удовольствие – делиться с вами тем, чему научил меня мой дух. Именно он и есть моя истина.

Могу заверить вас, что прозрение будущего – весьма скучное занятие. Даже если вас почитают за Бога, каковым я определенно был, то и в этом бесконечная скука. Мне не раз приходило в голову, что священная скука есть достаточное основание для изобретения свободы воли.

если я выберу добро, то стану от этого добрее?

Соловей свил гнездо в ветвях сливы, но что он может поделать с ветром <...> Пусть соловей занимается своими делами.

Разум накладывает на все некую форму, которую он называет реальностью. Эта произвольная форма совершенно не зависит от того, что подсказывают нам наши чувства

Берегись пути посредственности

Бытие нельзя остановить. Твой бог продолжает творить тебя.

Свобода - это довольно одинокое состояние