Центурион

Люди имеют значение, пока полезны общей цели. Один человек – это так мало…

Септимус Хиллориан

И в злодействах потребна мера.

Алекс Дезет

Каждый человек есть то, что он есть, и не больше.

Фалиан

Простые способы – самые лучшие.

Алекс Дезет

Доверчивость – опасна, раскрывшийся – обречен.

Септимус Хиллориан

Бывают вещи, которые невозможно ни предотвратить, ни принять. Ты делаешь все, что можешь, а потом все равно чувствуешь себя виноватым.

Джулия

Умирают все. Но никто не должен умирать в грязи и ненависти.

Джулия

Есть воспоминания, которые могут принадлежать только одному человеку – и никому более.

Джулия

Имеющий уши, слышит, имеющий глаза – видит, а не имеющий разума – по заслугам получает оплеухи и тычки…

Фалиан

Мы скованы притяжением целесообразности не хуже, чем тяжестью планеты.

Джулия

Если человека нельзя легко сломать, у всех создается впечатление, что он хранит некие сверхъестественные тайны.

Алекс Дезет

Сбежать от реальности – желание без надежды.

Алекс Дезет

Иллюзии, даже самые непорочные (если такие вообще есть) – дерьмо. Дерьмо, потому что отнимают у нас реальную жизнь.

врач

Там, где смерть больного врач встречает лицом к лицу, там нет места жалости. Пожалеть больного, которого нужно резать – все равно что убить его.

декан медицинского колледжа

Общность горя и страха объединяет.

Практика – критерий истины.

Алекс Дезет

Мундир срастается с человеком как вторая кожа. Мундир не обязательно в буквальном смысле – тут годится и некий моральный эквивалент: чувство сопричастности.

Септимус Хиллориан

Для благой цели допустимо использовать любое барахло.

Аналитик

Кроме разума, у человека есть его… его… фаэрия. Это святое – мечта, которой следуют вопреки рассудку. Место в душе, которое желает сохраниться неизменным, хотя бы рухнул весь мир.

Аналитик

Любой конфликт в верхах переходит на качественно новый по разрушениям уровень.

Септимус Хиллориан