Христовщина и скопчество: фольклор и традиционная культура русских мистических сект

Много лет назад в одном из европейских зоопарков я увидела удивительного зверя окапи. Я читала о нём ещё в детстве, знала историю его открытия, но не думала, что удастся его увидеть живьём. Вот и чтение Панченко-младшего из этой серии. То есть, тут вроде всё проще: папеньку Панченко я читала, учась в институте, больше того, у меня была подруга-историк, которая увлекалась всякими экзотическими личностями русской истории, в том числе хлыстами, там что о них я по крайней мере слышала. Но видимо за долгие годы моего отлучения от мира классической филологии я настолько разучилась читать подобные работы, что воспринимала книгу, как экзотическое животное.
Пожалуй, это главный недостаток научных работ, даже неплохих: если с темой тебя не связывает что-то личное, если она не цепляет за какие-то ниточки, ты остаёшься сторонним наблюдателем. То есть, буквально смотришь на неё, как баран на новые ворота: вроде всё понятно, но, господи, про что всё это? К чему? Грешным делом, даже закрадывается обывательская мыслишка «и какой только хернёй люди не занимаются». С подобными мыслями я героически борюсь, но некоторое внутреннее удивление всё равно остаётся.
Мне было чуть легче, чем могло бы, потому что недавно я читала Делилло, у которого довольно много места уделяется размышлениям о мунитах и природе сектатства вообще. Этот вопрос, безусловно, интереснее (для неспециалиста), чем жизнь и особенности верований конкретных хлыстов и скопцов. Что же касается самого труда Панченко, то это добротное, хотя и несколько сумбурное исследование, составленное по принятым правилам: история вопроса, методология, многочисленные факты и источники, далее по всем кочкам. Уверена, тем, кто интересуется данным частным вопросом прочитать будет интересно, возможно, даже захватывающе интересно. Я, честно говоря, позёвывала. Страшно далека я от альтернативных религиозных течений, хотя ещё одна моя подруга регулярно рассказывает мне всякие ужасы из жизни одной секты.

Панченко-джуниор охрененный все-таки (про папеньку не знаю, практически не читала). По аннотации и предисловию думала - что-то скучно-каталожное, поиски разночтений в списках духовных стихов, алфавитные классификации сюжетов и всё такое; оказалось - очень насыщенная и увлекательная работа, касающаяся множества проблем (от профессиональной этики фольклориста до связи картофеля с мужскими гениталиями), но при этом на редкость ясная и последовательная по изложению (что очень выгодно отличает "Христовщину и скопчество" от, как всегда, хаотичного и сумбурного Эткинда). Ну и, действительно, наконец-то сведения по хлыстам и скопцам приведены в более-менее стройную систему - жаль только, что Панченко рассматривает преимущественно ранние этапы существования этих сект, не затрагивая позднейшие периоды и, э-э, "посмертное бытие" (впрочем, это и не входило в его задачи). Кто читал/а "Ивана и Якова..." - "Христовщина и скопчество", конечно, не настолько восхитительно хтоничны, но в остальном почти всё то же самое: широта охвата, ясность изложения, и да - читается местами почти как детектив.

Сразу отмечу, что я не имею ни соответствующего образования (фольклористика/религиоведение/антропология), ни знаний по этой теме, поэтому рецензия имеет весьма сомнительную ценность. Понравилась первая глава с обзором литературы и обзор теорий о кровавом навете, но в остальном, как мне показалось, это - не системный обзор, а компиляция статей автора, хоть как-то связанных (иногда - не слишком) с темой. Особенно странное впечатление производит последняя глава о народном богословии. Там собраны какие-то разнородные заметки об эсхатологическом мировоззрении, письмах счастья и кликушестве. Настораживает посредственный уровень интерпретаций - (эсхатологические толкования текущих изменений позволяют осмыслить текущие изменения (no shit Sherlock), кликушество - выражение бессознательного (очень сомнительное утверждение), распространение ритуала кастрации связано с распространением картофеля (я 3 раза прочитала, честно, там так и написано).