Пип Тихоокеанский
На краю земли, в Папуа-Новой Гвинее, на зеленом острове Бугенвилль, названным в честь белого человека, на берегу синего океана живет черная девочка Матильда тринадцати лет с ослепительно белыми зубами. Живет со своей матерью, которая после отъезда главы семейства в соседнюю Австралию на новую работу и начавшейся вскоре после этого военной блокаде острова перестала улыбаться. Повстанцы в горах и и пытающиеся их призвать к порядку военные и наемники находятся на своей плоскости, а жители небольшой деревни, среди которых Матильда с мамой - на другой. Военные катера не мешают местным рыболовам обеспечивать рыбой себя и своих соседей, несмотря на то, что не все рыбаки возвращаются в свои дома, изрешеченные пулями равнодушных патрульных. Вертолеты с пулеметом на борту, каждый день пролетающие над деревней в поисках легкой наживы, внесли в распорядок дня жителей дополнительный пункт: пробежка в лес со всеми домашними животными и тихая отсидка в джунглях в ожидании момента возвращения домой.
Война войной, а обед по расписанию. Черные люди, живущие в безымянной деревне на острове, с высоты похожем на коровью лепешку, не беспокоятся о том, что партизанская война каким-то образом может повлиять в худшую сторону на их размеренную жизнь. Они живут так же, как жили их предки от родителей и дальше, в глубь веков, до летающей рыбы много лет назад: бревенчатые незамысловатые дома (дома разрушили - за сутки появились другие хижины), простые тюфяки для сна, набитые соломой (тюфяки сожгли - возникли лежанки из принесенного песка с пляжа), разведение кур и свиней, огороды, рыбная ловля и, конечно, дары джунглей: бананы, кокосы, папайя и другие фрукты, которые круглый год можно рвать с деревьев.
Матильда время от времени пытается вести счет времени, но понимает бессмысленность своей затеи: что было вчера, будет и завтра, и через год. Время - это понятие, которое выдумал человек цивилизованный, у которого что ни день - то новое открытие, новые встречи, новые мысли.
У людей в деревне есть Бог. Без него никак нельзя. И дьявол тоже, в принципе, где-то есть, но не здесь. Но есть. В него тоже верят. И есть еще белый человек мистер Уоттс, которого местные зовут Лупоглазый и который живет в доме сбежавших с острова при первой угрозе войны миссионеров. Мистер Уоттс живет со своей черной женой Грейс, местной юродивой. И был он в период блокады острова единственным белым человеком здесь: убежали священники, сумевшие пробудить в сердцах черных как смоль людей любовь к Богу, улетели хозяева и неместные работники рудников, уплыли на пароме и школьные учителя. Детям нужна школа - и мистер Уоттс стал их учителем. Он вовлекал родственников своих учеников в процесс обучения - и они рассказывали о важных вещах: о том, как убивать свиней, о синеве, о встрече с дьяволом в виде стервятника. И читал своим подопечным "Большие надежды" Диккенса, роман о мистере Пипе. Читал с большими сокращениями, чтобы не перегружать детские головы ненужными им вещами. Глубоко въелся герой мистера Диккенса в сознание и воображение черных людей, настолько глубоко, что, когда мистер Уоттс назвал себя мистером Пипом, люди восприняли это как само собой разумеющееся.
Что общего у викторианской Англии с ее чопорными правилами и мглистыми утрами, и чернокожими жителями острова, который не на всякой карте мире будет подписан? Зачем невинным островитянским детям знать, что такое морозный день, кто такой стряпчий и джентельмен и как развиваются отношения между молодым человеком и девушкой в каком-то там Лондоне? Что такое Лондон? А столица?
А зачем мистер Диккенс писал с такой любовью о сироте и с такой небрежностью отнесся к своим чадам?
Автор не дает ответы, и даже вопросы не ставит. Вопросы возникают сами, при чтении. И ответы известны заранее, они там, в укромном месте. Но вот нужно ли их доставать на поверхность? Иногда лучше чего-то не знать - так решила для себя Матильда.
4 понравилось
