Тиэст

ХОР: ...Алфей, что свои струи студеные
Мимо поприщ несет славной Олимпии,
Пусть он нас осенит силою благостной,
Чтоб злодейств череда не началась опять,
Чтобы хуже, чем дед, не был наследник — внук
И меньших не влекли большие мерзости.

ФИЕСТ: Огонь померк, и небо изумленное
Меж днем и ночью светочем покинуто.
Что это? Свод эфира потрясенного
Колеблется все больше; тьма сгущается,
Сошедшись с тьмою, к ночи ночь прибавилась,
Исчезли звезды. Пусть на эту голову
Ничтожную падет гроза, сынов моих
И брата не затронув. Брат, верни детей!

Фиест: Где мера злодеянью есть?

ФИЕСТ: В ясных знаменьях мне возвещает мой дух
Грядущую скорбь, чуя новое зло:
Буря грозит мореходам всегда,
Когда вдруг вскипит при безветрии зыбь.
Какую беду, какую нужду
Ты придумал опять, безумный?

Фиест: Привыкнув к слезам, любит их печаль,
У несчастных страсть — рыдать без конца.

ФИЕСТ: Есть порок у всех, кто бедствия знал:
Верить в счастье они не могут с тех пор.
Пусть удача опять возвратится к ним,
Но радость претит их скорбной душе.

Что бы Солнцу теперь ни сделали мы
Убили его иль изгнали его,
Удел наш тяжел!
Но довольно пенять! Уходи, боязнь!
Слишком жизнь дорога тому, кто принять
Не желает смерть, когда гибнет мир!

Милости такой не являли боги,
Чтоб в грядущем дне был уверен смертный:
Наши все дела в постоянном вихре
Боги вращают.

Смертный, никогда не вверяйся счастью,
Смертный, не теряй среди бед надежды:
Их перемешав, не дает фортуне
Постоять Клото, и судьба катится.

Тем, чем сами вы для подвластных страшны,
Угрожает вам властелин сильнейший,
Потому что власть есть над всякой властью.