Белый Доминиканец

Как бы незначительна ни была профессия, она станет самой благородной, если твой Дух сумеет овладеть ею. Работа, не направленная на покорение души, не достойна того, чтобы тело принимало в ней участие.

Единственная беседа, которая может чему-нибудь научить, это беседа с самим собой.

"Все, что исходит из уст смертного и внемлется слухом смертного, канет в забвение; лишь беседа с самим собой может чему-то научить. Любые речи человека сообщают нам слишком мало и слишком много. То, что говорится преждевременно, будет недостаточным, а что говорят слишком поздно, будет избыточным, но и в том и в другом случае слова произносятся в то время, когда душа твоя спит."

Иисус принял Крещение взрослым человеком, полностью осознавая происходящее: его «Я», которое и было его именем, снизошло с небес… Сегодняшних детей крестят в младенчестве. Как могут они понять, что с ними происходит?

Люди говорят словами, сны — живыми картинами. Они черпают их у событий дня, поэтому многие склонны думать, что сны бессмысленны. Они и становятся таковыми, если им не придавать значения.

Наши школы — вот уж поистине ведьмовские кухни, в которых до тех пор уродуют разум, пока не уморят голодом чувства. Преуспев же в этом, выдают ученику аттестат зрелости.

Тело человека — это дом, в котором живут его умершие предки.

Барон не разрешал мне посещать школу.
«Наши школы, как колдовские кухни, в которых рассудок развивают до тех пор, пока сердце не умирает от жажды. Если цель успешно достигнута, человек получает аттестат зрелости», — говорил он обыкновенно.
«В памяти останется только то, что угодно твоему Духу, — была его любимая поговорка, — так как только это приносит радость.

И только тогда долгий путь странствий подходит к концу. И только тогда ты сможешь смотреть на солнце прямо, и оно не выжжет тебе глаза. Тогда ты сможешь сказать: «Я достиг цели, поскольку я ее никогда не искал». И тогда опыт святых побледнеет перед твоим собственным опытом, потому что они никогда не узнают того, что знаешь ты. Вечность и покой могут быть одним и тем же, как странствия и бесконечность.

Вечность и бесконечность - не одно и тоже. Лишь для того, кто стремится обрести вечность в бесконечности, а не пытается найти "конец", лишь для него бесконечность и вечность тождественны

Тень - узы, привязавшие нас к земле, чёрный призрак, порождённый нашей плотской оболочкой; едва лишь коснётся её луч света, он напоминает нам о бренности тела!

- Ох! Чего бы мы достигли, если бы все так рассуждали! - сказал капеллан.

- Наипрекраснейшего, наивысшего благоденствия рода человеческого, о каком только можно помыслить! Всякий человек развивался бы на свой лад, ни один не походил бы на другого, рос бы подобно кристаллу, мыслил и чувствовал неповторимым, только ему свойственным образом, он бы любил и ненавидел на свой манер и был послушен лишь своему духу. Тезис о равенстве людей, без сомнения, выдумка врага всякого многообразия - Сатаны.

День ото дня все больше и больше толпа тех, кто называет себя христианами, но все меньше и меньше тех, кто на самом деле достойны носить это имя.

— К чему мы придем, если все будут рассуждать так, как Вы? — возразил капеллан.
— К самому блаженному и прекрасному состоянию человечества, которое только можно себе вообразить, где каждый был бы неповторимым, и совершенно непохожим на других кристаллом, думающим и чувствующим в особых цветах и образах, любящим и ненавидящим следуя исключительно лишь желанию своего Духа. Тезис о равенстве людей, должно быть, выдумал сам сатана — враг различий и красок.

— Кто увидит солнце, — продолжал он, — тот захочет обрести только вечность. И тогда он потерян для странствий. Так случается со святыми в церкви. Когда святой переходит в тот мир, этот и другие миры для него потеряны. Намного хуже то, что и он потерян для мира. Он становится сиротой! Ведь ты знаешь, каково это — быть подкидышем! Никому не пожелаешь подобной участи: не иметь ни отца ни матери! Поэтому странствуй! Зажигай фонари, пока солнце не взойдет!