Цитаты из книги Когда бог был кроликом

— Неплохо? С каких это пор «неплохо» стало поводом для замужества?

Я опустилась на холодные плитки и наблюдала, как бог шевелится под газетой. Было холодно, и я поплотнее закуталась в одеяло. Небо над нами было черным, огромным и пустым: ни самолета, ни звезды. Постепенно эта пустота, которая была наверху, заполняла меня изнутри. Она стала частью меня, как весталка пли синяк. Как мое второе имя, которым меня никто не называл.

Я просунула палец через сетку и нашла его нос. Его дыхание было теплым и легким, а язык — настойчивым.

— Все проходит, — тихо сказал он.

Однажды в июне, через несколько месяцев после выигрыша, отец приехал домой в абсолютно новом серебристом «мерседесе» с затемненными стеклами — на таких, наверное, ездили дипломаты. Все соседи стали свидетелями этого вызывающего поступка. Когда дверь машины распахнулась и из нее показался отец, наша улица отозвалась характерным стуком: это разбивались упавшие на землю челюсти.

Когда потухнет свет, не станет и нас.

Мой отец никогда раньше не встречался с лесбиянками, и ему не повезло, что К. X. оказалась первой: его шикарный либеральный плащ не удержался на плечах и сполз, обнажив толстую кольчугу из самых примитивных предрассудков.

Мне часто приходило в голову, что нормальные люди никогда у нас не задерживались - в лучшем случае на один день, за который им всё становилось ясно.

Никогда - это очень долгий срок.

Пять лет я редактировала его книгу, а теперь, похоже, он хотел, чтобы я редактировала его жизнь.

Даже в юности найдется место сожалениям.

Наверное, она ела не пирожное, а воспоминания, и они были очень вкусными.

Недавно мама начала читать американскую книжку о детской психологии. Там утверждалось, что о своих чувствах необходимо говорить. Нам в результате хотелось замолчать навеки.

- Не переживай, - сказал он слабым, придушенным голоском. - Все кончится хорошо. Все всегда кончается хорошо.

Когда Дженни вышла из кухни, ее мать взяла меня за руку и спросила, читали ли мне когда-нибудь судьбу по ладони. Она сказала, что очень в этом искусна, а также умеет читать по картам и по чайным листочкам. Проще говоря, читает что угодно, все это благодаря ее цыганской крови. — А книги? — наивно спросила я.

-Мнению окружающих, дорогая, придают чересчур большое значение, как и большому члену, - сказал Артур, глядя вдаль, словно заблудившись в своих мыслях. - Члену чего?- не поняла я. - Сколько тебе лет? - Почти двенадцать. Никогда не переставай играть, Элли. Никогда не переставай играть.

— Ничего бы со мной не случилось, — улыбнулась она. — Со мной ничего не может случиться. Ничто не сможет отнять меня у меня.

В придачу она была лесбиянкой, и это казалось такой же неотъемлемой частью ее личности, как и талант.

Я гадала, сколько денег запросили за него похитители, и сколько мои родители согласились бы заплатить за меня, и зависит ли цена от таких вещей, как доброта, или полезность, или способность к милосердию. Мне казалось, что когда я была младше, то, наверное, стоила дороже.

Небо было темно-фиолетовым и набухшим, а воздух липким.

Ей было стыдно плакать: слезы означали скорбь, скорбеть можно было только по ушедшим, и ей казалось, что она предает его и надежду.