Цитаты из книги Когда бог был кроликом

— Такое могло случиться где угодно, — пожала плечами я. — Совершенно безопасного места на земле нет. Я думаю, все еще повторится

Беда в том, что у меня слишком давно не было практики, слишком долго я не играла в эти игры и успела забыть правила.

Бессонница и бдительность плохо сочетаются. Мысли мои были не здесь. Мысли мои были там, где был он.

Я могла бы радоваться, потому что еще не забыла, как радуются, и безмятежное утро было еще так близко, и я хорошо помнила, каким все было до того, как мир изменился.

Заговоры порождают новые заговоры, сказала бы Дженни Пенни.

— Все мы немного сложнее, Элл.

В каждый свой визит он привозил матери цветы, и каждый его визит она отказывалась их принимать. Он привозил ей свои сны и мечты, она возвращала его к реальности.

В мире Рыжика больше не было ни права ни лева — только прямо.

— Лучшие умирают молодыми, — говорит мне по телефону Дженни Пенни.

«Похороны, — говорила она мне, — даже самые скромные и незначительные, — это вещи, которые определяют жизнь».

Она приехала поездом вместе с моим братом и привезла с собой только маленький чемоданчик со второй парой джинсов, сменой бельяи страстной, давно сдерживаемой жаждой перемен.

— Плакать, смеяться… На самом деле это ведь одно и то же

• Мнению окружающих, дорогая, придают чересчур большое значение, как и большому члену, - сказал Артур, глядя в даль, словно заблудившись в своих мыслях.
• Члену чего? - не поняла я.
• Сколько тебе лет?
• Почти двенадцать.
• Никогда не переставай играть, Элли, - сказал он, вытирая руки накрахмаленным белым платком, который он гладил прошлым вечером. - Никогда не переставай играть.

ты ведь ее не знаешь. ты знала ее ребенком, а человека нельзя заморозить, он меняется.

Грузчики сделали все за нас и упаковали нашу жизнь с профессиональной сноровкой.

— Я больше никогда никого не полюблю, —твердо объяснил брат. Нэнси улыбнулась и обняла его за плечи. — Никогда — это долгий срок, Джо. Спорю, что ты не выдержишь.

Чарли жил на главной улице богатого пригорода недалеко от нас. Сады здесь были ухоженными, собаки подстриженными, а машины отполированными. Похоже, одного взгляда на такое великолепие хватило, чтобы испарились последние капли жидкости из полупустого стакана моего отца: он выглядел грустным и подавленным.

— А ты? Парня у тебя ещё нет? — Нет. Да он мне и не нужен. — Это почему же? — Ну-у, — начала я, — вообще-то тут один мной интересовался. Но я поняла слишком поздно. — Да? И что? Он не дождался и слинял? — Типа того. Утонул.

Снова декабрь. Мой день рождения. А еще это день, в который убили Джона Леннона. В этот день я рано ложусь спать; я безутешна. Я даже отказываюсь задувать свечки на торте. — В мире сегодня уже погасла одна свеча, — говорю я.

— Hy-у, — начала я, — вообще-то тут один мной интересовался. Но я поняла слишком поздно. — Да? И что? Он не дождался и слинял? — Типа того. Утонул. — Ах, — сказала она. — Его звали Майкл. — Хорошо хоть тебя с ним не было, да? Иначе утонули бы вместе.