Carpe Jugulum

Тролль подошел к карете и почтительно стукнул по шлему костяшками пальцев.
– Добрый вечерок, – сказал он. – Очень неудобная ситуевина… Но ты знаешь, что такое кол?
– Кол? – мгновенно насторожился Игорь.
– Ну, длинная деревянная штуковина…
– Да? И что?
– Ага. А теперь представь себе, что эта дорога перегорожена таким вот колом с желтыми и черными полосками. Только его тутова нет, потому как у нас только один кол, и сейчас он перегораживает дорогу к Медной горе…
Дверца распахнулась.
– Ну, что ты застрял? Переедь его и гони дальше!
– Я, конечно, могу сбегать и принести его, – предложил тролль, переминаясь с одной лапищи на другую. – Только раньше следующего утра не обернусь, понимашь? Но ты можешь притвориться, будто он тутова, а я могу притвориться, будто поднимаю его. И все будет полный порядок.
– Ладно, – кивнул Игорь, не обращая внимания на недовольное ворчание за спиной.
Старый граф вежливо относился к троллям, пусть даже об их шеи можно было все зубы обломать. Вот что значит истинный вампир, высший класс.
– Но сначалова я должен штой-нибудь пропечатать, – сказал тролль, показывая половину картофелины и пропитанную краской тряпку.
– Зачем?
– Это будет значить, что вы мимо меня проехали.
– Понятно, но мы и так ехайт мимо тебя, – заметил Игорь. – Все фтанут это знать, потому что мы по-нафтоящему проезжайт.
– Да, но если я вас пропечатаю, это будет значить, что вы проехали официально, – не сдавался тролль.
– А что будейт, если я профто езжайт дальше? – спросил Игорь.
– Э-э… Тогда я не подниму тебе кол, – сказал тролль.
Поставленные в тупик этой метафизической головоломкой, оба посмотрели туда, где виртуальный кол перегораживал дорогу.
В другой ситуации Игорь не стал бы терять времени даром, но семейка начинала действовать ему на нервы, и он отреагировал на это обычным для обиженного слуги способом, то есть вдруг стал тупым. Обернувшись, он обратился через дверцу к пассажирам кареты:
– Пункт перефекать границу, герр мафтер. Нам должны что-нибудь штамповайт.
Из кареты снова донесся возбужденный шепот, потом через дверное окошко просунулся белый конверт с золотой окантовкой. Игорь передал конверт троллю.
– И не жаль марать-то? – поинтересовался тролль и неумело шлепнул на конверт печать.
– И что это такойт? – резко спросил Игорь.
– Не понял?
– Этот… глюпый знак!
– Ну, картофелина попалась маленькая, а печать надо было сделать, да только я понятия не имел, как выглядит ента самая печать, но, по-моему, уточка получилась очень похоже, – сообщил тролль и радостно добавил: – Сам вырезал. Ну… ты готов? Потому что я поднимаю кол. Вот он поднимается, поднимается… Смотри, смотри, как торчит. Енто значит, вы можете ехать.

'<...> And that's what your holy men discuss, is it?'
'Not usually. There is a very interesting debate raging at the moment about the nature of sin, for example.'
'And what do they think? Against it, are they?'
'It's not as simple as that. It's not a black and white issue. There are so many shades of grey.'
'Nope.'
'Pardon?'
'There's no greys, only white that's got grubby. I'm surprised you didn't know that. And sin, young man, is when you treat people as things. Including yourself. That's what sin is.'
'It's a lot more complicated than that --'
'No. It ain't. When people say things are a lot more complicated than that, they means they're getting worried that they won't like the truth. People as things, that's where it starts.'