Цитаты из книги В разреженном воздухе

Легко быть мудрым задним числом.

Эверест всегда, как магнит, притягивал к себе эксцентриков, жаждущих славы, безнадежных романтиков и других оторванных от реальности людей.

"Я все еще чувствую,как ее пальцы скользят по моей руке и потом отпускают эту руку. Я даже не обернулся,чтобы посмотреть на нее."

альпинизм не был и никогда не будет безопасным, предсказуемым, укладывающимся в рамки строгих правил занятием. В альпинизме рискованные действия идеализируются: это спорт, самыми знаменитыми представителями которого всегда становились те, кто попадал в очень сложные переделки и умудрялся выходить из них победителем. Альпинисты как класс не отличаются избытком благоразумия.

Эверест не считается внешне привлекательной вершиной. Его пропорции слишком велики, он слишком широко разбросан, слишком грубо высечен. Но то, чего Эвересту не хватает с точки зрения архитектурного изящества, он добирает за счет своей ошеломляющей массы.

Короче говоря, моя страсть к альпинизму притупилась под воздействием тех маленьких радостей бытия, из которых и складывается некое подобие счастья.

Для огромного числа альпинистов ни отрыв от рутины будничной жизни, ни изрядные денежные затраты не были непреодолимым препятствием

Вспомните "Титаник". Тонет даже непотопляемое.

Я был в безопасности, тяжесть напряжения предыдущих дней упала с моих плеч, и я плакал о своих погибших товарищах, плакал от благодарности за то, что остался жив, плакал, потому что мне было стыдно за то, что я выжил, а другие погибли.

наверное, мы стали излишне самонадеянными в наш век технического прогресса, вооружившись отличными "кошками" и каучуковыми подошвами. Мы забыли, что эта гора по-прежнему диктует свои условия и дарует успех, только когда сама того пожелает.

Я был твердо убежден, что альпинизм – это прекрасный и замечательный вид спорта, и не вопреки, а как раз благодаря присущим ему опасностям.

Но детские мечты не умирают, и, как выяснилось на практике, голос здравого смысла можно легко игнорировать.

Но Бек снова не сдался, он просто отказался умирать.

Эта проблема составляет суть вопроса, который встает в конечном счете перед каждым альпинистом на Эвересте: для того чтобы добиться успеха, ты должен быть чрезвычайно устремленным к цели, но если ты слишком устремлен, то имеешь вероятность погибнуть. Кроме того, выше 7900 метров грань между соответствующим усердием и безрассудной вершинной лихорадкой становится исчезающе тонкой. Поэтому склоны Эвереста и усеяны трупами.

Казалось, здесь, на горе, существует негласное соглашение делать вид, что иссушенные останки не являются реальностью - как будто ни один из нас не осмеливался признать, что поставлено на карту.

На самом же деле выйти на вершину - значит пройти только половину пути. Радость, которую я мог бы испытывать, меркла перед неизбежным пониманием, что меня ждёт длинный и полный опасностей спуск.

я плакал, потому что чувствовал, как ужасно выжить, когда другие погибли.