Ubik

Наверное, дойдя до таких высот, - думал Герберт, - нужно и вести себя по-другому. Казаться чем-то большим, чем обычный человек с обычными слабостями.

Если иллюзия так похожа на реальность, как отличить, где иллюзия, а где реальность?

Я ведь ничего не умею: не двигаю предметы, не превращаю камни в хлеб, не беременею без оплодотворения и не исцеляю болящих. Я не читаю мысли и не могу заглянуть в будущее. То есть не обладаю даже самыми распространенными способностями.

Я как бабочка, которая бьётся в мутное стекло. Почти ничего не видно, а разбить преграду не в силах.

С каких это пор тебе потребовались галлюциногены? Вся твоя жизнь — сплошная галлюцинация.

Рядом с ней Джо чувствовал себя толстым, потным коротышкой, недоучившимся олухом. Он даже ощущал работу своего организма, всей обеспечивающей жизнь начинки: трубок, клапанов, насосов, компрессоров и приводных ремней, обреченных на заведомо провальное дело. Собственное лицо, когда Джо смотрел на Венди, казалось ему безобразной маской, а тело — дешевой заводной игрушкой.

Тело Венди перестало существовать, а душа вспорхнула как птица и улетела… может быть — чтобы родиться заново. Так говорит «Книга Мертвых», и это действительно так. Боже, как я надеюсь на это… Потому что в этом случае мы, может быть, встретимся вновь. В Зачарованном Месте на вершине Холма в Лесу, где маленький мальчик будет всегда-всегда играть со своим медвежонком… Так в «Винни-Пухе», так и у нас — это неизменно. И все мы, каждый со своим Пухом, обнаружим себя в новом, чистом, устойчивом мире…

— Отрицательные ионы, — машинально повторил Джо. — Это тавтология. Все ионы заряжены отрицательно.

– Меня тревожит то, что люди начнут испытывать ко мне враждебность. Я понимаю, что рано или поздно она все равно возникнет, нельзя нравиться сразу всем. Сделай хорошо одному – и ты тут же наживаешь врага в лице другого.

Он чувствовал, как на него накатывает океанский прилив, как его опрокидывают гигантские волны; осталось только одно – вытянуться на спине, в одиночестве, в комнате отеля. Где никто не смог бы его увидеть.

Какая ирония: то, что должно предотвратить регресс, само подвергается регрессу. Да, можно было сразу понять это — как только увидел трехцентовые марки с Джорджем Вашингтоном...

В «Матадор», – сказал Джо. – Мы возьмем филе тушеного марсианского крота. – Джо вспомнил, что импортный деликатес еще не существует. – Самое хорошее мясо. Говядину. Вы любите говядину? 

Что, например, означает термин «псионический»? Я слышал это слово от многих сотрудников мистера Ранситера. – Парапсихологические способности, – объяснил Джо, – Это когда духовная энергия действует непосредственно, без промежуточных физических факторов. 

Ранситер и Убик. Ubique. От слова ubiquity  – вездесущность. 

Вот о чем мы не подумали. Нам не пришло в голову, что это был маленький атомный взрыв.

– Душ у вас есть, работает? – спросила Пат, аккуратно убрав с дороги свои ботинки. – Двадцать пять центов, – пробурчал Джо. – Это стоит двадцать пять центов. – Взглянув на Пат, он увидел, что девушка начала расстегивать блузку. – А у меня их нет. – В кибуце все бесплатно, – сказала Пат. – Бесплатно! – фыркнул Джо. – Это экономически неосуществимо. На такой основе все развалится через месяц. 

Он чувствовал вокруг себя миазмы неприбранной квартиры, ауру хлама и неустроенности. 

У Ранситера, надо полагать, добрый десяток искусственных органов, заменивших вышедшие из строя естественные. Медицина обеспечивает основу его жизнедеятельности, остального он добивается сам. Интересно все же, сколько ему лет? Сейчас по виду не определишь, особенно после девяноста.