– Шантарам, говорят, твое сердце отдано какой-то женщине, – сказала она.
– Правду говорят, тетушка Луна. А у тебя как дела?
Она картинно раскинула руки и медленно опустилась на гамак, потом сбросила шлепанцы и заработала ногами. Не знаю, что это было – йога или акробатика. Ноги ее, как пара голодных питонов, жадно искали жертву, двигались вправо и влево, на юг и на север, вздымались над головой, широко распахивались, пока наконец не успокоились на серебристом покрывале под мощными ляжками. Все представление заняло полминуты. Хотелось аплодировать, но это был не цирк, а я – не зритель.
Тетушка жеманно повела плечами.
– Как дела идут, тетушка Луна? – снова спросил я.
Она медленно наклонилась и с кошачьей грацией выгнула спину, открыв взору пышные груди с вытатуированными на них полумесяцами. Остановилась она только тогда, когда полумесяцы сомкнулись в полную луну. Длинные волосы тетушки, складками собравшись вокруг согнутых коленей, завесой ниспадали с гамака почти до самого пола. Она посмотрела на меня глазами полными страшных тайн, завела руки за спину и обхватила себя за шею длинными пальцами, колышущимися, как анемоны на морском дне в зыбком свете перевернутой луны.
Да уж, соблазнять она умела…