О глобализации

Один из способов построения открытого общества без нарушения национальных суверенитетов заключается в том, чтобы предоставить конкретным странам финансовые стимулы, побуждающие к добровольному принятию международных соглашений и стандартов [204].

Располагая врагом, который представляет собой постоянную и общепризнанную угрозу, довольно легко объединить нацию. Это особенно полезно в случае, когда доминирующая в обществе идеология основана на откровенном эгоизме [192].

«Холодную войну» можно интерпретировать как конфликт между двумя сверхдержавами или конфликт между двумя представлениями о том, как должен быть организован мир, то есть как конфликт между замкнутым и открытым обществами. Фактически эта война представляла собой оба упомянутых конфликта одновременно [185].

Основополагающим принципом глобализации является конкуренция. По мире того, как мир глобализируется, конкуренция становится все более жесткой. Уже нет времени на то, чтобы размышлять о чем-либо, кроме собственного экономического положения, и нет смысла оспаривать существование системы, приносящей значительную прибыль [183].

Практика доказала всю ошибочность теории «валютных углов». Введение валютного совета поставило Аргентину на грань финансово-экономического краха, а плавающий обменный курс привел к всеобщему преклонению перед долларом. Единственным разумным решением представляется введение в оборот единой мировой валюты, но мир к этому не готов. Даже у Европейского Союза возникли сложности с управлением единой европейской валюты — евро [160].

Протесты антиглобалистов показали, что намного легче организовать людей против чего бы то ни было, чем за что-либо. Для мобилизации общественного мнения в пользу оказания международной помощи следует объяснить людям не только то, каким образом деньги буду собираться, но и то, каким образом они будут расходоваться [95].

Когда рухнула советская империя, Запад не сумел предоставить национальным правительствам адекватную поддержку для перехода к рыночной экономике, поэтому вместе перехода состоялся коллапс. Нам пришлось на собственном опыте уяснить, что коллапс замкнутого общества не ведет автоматически к возникновению открытого общества и что нефункционирующее государство может представлять собой не меньшую угрозу свободе и процветанию, чем государство репрессивное [90].

Вспомним благотворное влияние «плана Маршалла» на послевоенную Европу: этот план не только позволил восстановить экономику, но и породил у европейцев добрую волю к сотрудничеству. Однако в России возможность изменить историю была упущена. Качество жизни на территории бывшего СССР стремительно падала, поэтому на смену коммунистической идеологии пришла и укрепилась идеология бандитского капитализма [85].