Цитаты из книги Крыжакі

Все мы под Богом ходим, но лучше, когда у человека совесть чиста.

Что сделаешь во гневу, того не сделаешь поостывши.

Победитель меньше всего ждёт набега.

- Ягенка?

• Что?..
• Я боюсь сказать тебе...
• Не бойся. Я простая девушка, не дракон.

-А разве так не бывает? Стоит в лесу сосна, словно башня несокрушимая, можно подумать, века простоит, а стукнешь ее хорошенько обухом, и в середине окажется одно дупло. И труха сыплется. Так и с тевтонским могуществом.

— Уж больно красив, не рыцарь, а панна! Но Мацько возразил: — Звали эту панну немцы танцевать, да все, кто только пускался с ней в пляс, свалились, да так, что больше уж не встали. — Он и самострел без рукояти натягивает! — воскликнула вдруг Ягенка. — А ты чего суешься? — повернулся к ней аббат. Ягенка вся так и вспыхнула, даже шея и уши у нее покраснели, и ответила в крайнем смущении: — Я сама видела… — Берегись, как бы он не подстрелил тебя, а то девять месяцев лечиться придется…

Вы пришлись мне по сердцу, рыцарь, и, ради бога, не надо драться из-за всяких дам.

— Что сотворила рука человека, то рука человека и одолеть может

Легко вызвать врагов на бой и сразиться с ними, но сделать их хранителями твоего же добра — это тебе не всякий сумеет.

Не может быть мира с волком, который привык жить чужим.

Не диво было бы, когда бы ты была глупа, на то ты и баба, а ведь умна, вот это мне и удивительно.

Все так хорошо обдумано, что Бог должен благословить наше предприятие.

— У вас все смешки да песни на уме, — заметил Мацько. — Да, но скажите мне, что делают на небесах блаженные души? — Поют. — Ну, вот видите. А отверженные плачут. Я предпочитаю попасть не к плачущим, а к поющим. Апостол Петр тоже скажет: «Надо пустить его в рай, а то он, подлец, и в пекле запоет, а это никуда не годится».

«Отброшенное ногой седло откатилось на несколько шагов – и тело несчастного крестоносца тяжело повисло в петле. На один краткий миг ему почудилось, что он слышит хриплый, сдавленный рев, что ужасный упырь, бросившись на него, раскачал его тело и рвет зубами грудь, чтобы впиться в сердце. Потом угасающий взор его увидел, как смерть расплылась в белесое облако; оно медленно надвигалось на него, охватило его, обняло, окружило и наконец все закрыло жуткой, непроницаемой пеленой» (С. 512).

Слава Иисусу Христу!

Не будет порядка в королевстве, коли люди станут обходить закон да по дружбе поблажки давать.

Страшное гнездо, от которого веяло неумолимой мощью и в котором сосредоточились две наибольшие из известных тогда в мире сил: сила религии и сила меча. Кто сопротивлялся одной силе, того сокрушала другая. Кто поднимал на них руку, тот встречал отпор во всех христианских странах за то, что идет против креста.

— Смотрите, как бы у вас грешное слово к устам не примерзло, — отрезал Сандерус, — а то такие сосульки тают только в огне преисподней. — Эва! — ответил Гловач, поглаживая рукавицей свои едва пробивающиеся усики. — Я сперва попробую пива подогреть на привале, а тебе не дам. — А нам заповедано: жаждущего напои. Еще один грех!

— Да и крепко полюбились вы мне, ваша милость, и не брошу я вас до самого отъезда в Рим, а может статься, что и услугу какую-нибудь придется вам оказать. — Он за вас, пан, всегда готов выпить и закусить, — сказал чех, — и больше всего рад оказать вам эту услугу. Но ежели в Праснышском лесу нападет на нас целая стая волков, так мы бросим им его на съедение, больше он ни на что не годен.