Несмотря на то, что Ганс Христиан Андерсен написал при жизни великое множество самых различных сказок и историй, в наших сердцах нашли настоящий отклик лишь некоторые из них, они же стали наиболее популярны и такие названия как "Снежная королева", "Гадкий утенок", "Дюймовочка", "Русалочка", "Дикие лебеди" всегда на слуху. Во всех этих сказках на долю героев выпадают тяжелейшие испытания и нечеловеческие страдания, прежде, чем всех их настигает неминуемый счастливый конец. Последний важен, но первое присутствует непременно. Даже, скажем, в "Огниве", бравый солдат получает богатства не просто так, а после длительной и неблагодарной службы, на которой даже ничем особенным не смог разжиться.
"Принцесса на горошине" стоит несколько особняком, но так ли это на самом деле? Что мы здесь видим? Некая девушка, которая не приложила никаких усилий, не страдала за свое счастье, а только росла в тепличных условиях, была нежным созданием, благодаря исключительно своему происхождению, - она не только по Андерсену подлежит осмеянию, я представляю себе, как автор был возмущен эдакой фифой, которая видите ли принцесса. Таким образом, в "Принцессе на горошине" мы видим страдальца наоборот, тоже самое, только в профиль.
Это высокое звание писатель присвоил ей буквально, убив попутно двух зайцев. Если еще раз обратиться к его сказкам в общем, то можно вспомнить, что чуть ли не повсеместно у Андерсена подлежит обязательному поруганию богатство и знатность. Здесь и скандально известная сказка "Новое платье короля", и тоже самое "Огниво". Элементы подобного, на самом деле, можно найти везде, и в "Гадком утенке" (утка с красным лоскутком на лапке), и в Дюймовочке (богатый состоятельный крот), а венцом всего, на мой взгляд, является сказка "Свинья-копилка". Некий прообраз того, кто не трудится и только деньги получает.
Подобный подход в те годы был чреват, пусть Андерсена и любила публика, но, нужно учитывать, что сказки великого автора всегда имели религиозную составляющую. В нашем советском детстве нам постоянно скармливали урезанные версии творений этого писателя. Сейчас достаточно взять ту же самую "Снежную королеву", где всюду у автора младенец Христос, а Герда только и делает, что молится. То есть, все мучения героев сказок Андерсена вполне оправданы, пусть он в них и доходит до некоей крайности, обращается чуть ли ни к умерщвлению плоти. Вспомните все эти ужасы - идущую по снегу босиком Герду, по лезвиями кинжалов Русалочку, маленькую Элизу из "Диких лебедей", плетущую крапивные хитоны. На их фоне бедная Принцесса на Горошине на своих двадцати тюфяках и двадцатью перинах из гагачьего пуха воспринимается как издевка автора. Особо стоит выделить "Стойкого оловянного солдатика", который ясно демонстрирует тот факт, что на страдание способно и олово. Физические мучения ничто, если их сравнивать с моральными. Не шутка, ибо здесь религия потопталась.
Но сказки, они на то и сказки, что со временем перестают принадлежать своему сказочнику, поэтому мы имеем абсолютное собственное право не толковать ее именно так, как предложил (здесь только "подразумевал") сам Ганс Христиан Андерсен. При этом нам вовсе не нужно что-то выдумывать новое, а достаточно опираться исключительно на слова Андерсена. К сожалению, оперировать придется текстом в переводе.
"Настоящая принцесса" может и подразумевала под собой некую изнеженную особу, ибо в то время тяжелая жизнь в основном отражалась на большей части населения не лучшим образом. Непосильный труд, эпидемии, роды, ранее старение - все это делало малочисленных холеных красоток чем-то действительно сказочным. Вполне может быть, что принцесса и должна быть именно такой, чтобы народ, который изредка будет ее видеть на дворцовой площади, опираясь на заступы и ломы, вздыхал по ее великой изнеженности в светло-розовых тонах.
Способность принцессы к повышенной чувствительности говорит прежде всего о тонком ощущении ею совершенства этого мира, понимании красоты, гармонии и, что особенно важно для матери будущего монарха, если не о хорошем здоровье, то о способности в нем разбираться. Детям я бы объяснил эту сказку как-то так, если, конечно, самих детей это интересует. Нужно заметить, что к теме красоты Андерсен сам обращался постоянно, у него эти его вечные Соловей да Роза, все вздыхают по Дюймовочке, а Кей такой красавчик, что его хочет заграбастать любая первая встречная Снежная Королева. Подозреваю, впрочем, что у Андерсена здесь присутствует совершенно иная крайность, слишком уж он прямолинейно и отчаянно пишет об этих красотах, но детям этого рассказывать не стоит, все равно объяснить никто не сможет.
Что можно еще сказать о Принцессе на Горошине? Ее бедную, в итоге, так никто и не понял. Сказку не только обзывали "странной", но и придумывали для нее кучу альтернативных концовок. Все это говорит о неоднозначности, о том, что здесь Андерсен коснулся темы, которой сам не владел в достаточной мере. За своим пониманием Соловья и Розы у писателя скрывается нечто личное, тягостное и нервическое. Но этого детям тоже знать не обязательно.
В остальном, отзыв получился по объему в несколько раз больше самой сказки, что говорит о великих способностях Андерсена и о том, что Принцесса на Горошине до сих пор привлекает внимание мужиков. Что у нее там за шарик в фольге за тюфяк завалился? Еще бы, она вам и не то еще почувствует. Смотря какой частью тела.
75 понравилось
