Личный враг бога

Зато теперь он был здесь, и даже потраченных денег не жаль… Вдали от чертовой цивилизации, от пробок на дорогах, от толкотни на улицах. Вдали от себя самого. От собственной несостоятельности. Неуверенности. Одиночества.

– Подходи, парень, угостим, – раздалось сразу несколько голосов, стоило ему появиться в дверях. Глеб улыбнулся, кивнул, поднял руки над головой – жест победителя.
Слава была приятной.
– Никому не нужен мой старый меч? – громко провозгласил Глеб.
– Выбрось это дерьмо на свалку, – посоветовал кто-то из дальнего угла.
«Слава и уважение – две совершенно разные вещи», – подумал Глеб

– Знаешь, – задумчиво сказал Епископ, когда они прошагали уже довольно много. – В Мире есть короткие пути и есть пути Длинные. Иногда я думаю, что длинные пути никуда не ведут, только бестолково петляют… Но лишь пройдя до конца; можно понять, какая дорога тебе попалась.

В непроходимых лесах на востоке прятались таинственные эльфы. Мало кто из обычных людей видел этих загадочных созданий. Утверждали, что они не говорят, а поют серебряными голосами, что не ходят, а парят над землей, не касаясь ее ногами. говорили, что каждый эльф, даже малый ребенок, – это сильный маг, которому подвластна вся природа, и птицы, и звери служат ему.

– И что это за колечко?
– Я снял его с убитого мною гоблина. Не знаю, чем именно оно заряжено, но уверен, вреда от него не будет.
Глеб взял кольцо, надел на указательный палец, прислушался к своим ощущениям. Ничего не изменилось.
– Спасибо. Но гоблину-то оно не помогло.

– Надеюсь, когда вернусь, увижу действующую Лигу.
– Будь уверен. За тем я в Город и иду.
– Вас уже трое…
– Нас четверо, – поправил Сергей. – А будет еще больше. Пора прибрать этот Мир к рукам.
– Не переборщи! Если Лига будет совать свой нос во все дела, то в противовес ей появится и другая сила. А там и до настоящей войны недалеко.

Он еще раз осмотрел трофейный меч. Несомненно, это было отличное оружие. Сталь клинка была покрыта тонким, едва заметным рисунком великолепной закалки, рукоять, обмотанная искусно выделанной бархатистой кожей, так и льнула к руке. Балансировка была идеальной. Глеб – новичок Мира, Новорожденный – он даже мечтать не мог о таком оружии. Возможно, этот меч даже обладал какой-то магией.

Была ранняя бестолковая весна. Днем, под лучами солнца, улицы расползались слякотью, а за ночь все снова промерзало. Погода менялась несколько раз на дню. Ветер, казалось, сам не знал, откуда же ему дуть сегодня. То и дело на солнце набегали низкие тучи, но через пару часов они незаметно исчезали, и небо вновь сияло чистотой.

— Что, страшно быть глупцом? — попытался пошутить Тролль.
— Быть глупцом не страшно, страшно им стать, — серьёзно ответил старик.

— Страх — не мерило могущества, — сказал он. — Демонстрация силы — не сама сила. Мощь заключена внутри, снаружи находится лишь объект её приложения, и для демонстрации силы объект должен быть соизмерим с самой силой. истинное всемогущество пассивно и самодостаточно. Разве лев станет убивать муравьёв, ползающих у его ног, чтобы продемонстрировать им свою мощь?

— Согласен, выглядит странно, — признал старый седой хозяин. — Но в этом есть свой шарм. Красотой восхищаться может каждый, а вот почувствовать прелесть безобразного дано не всякому.

— Глядя не тебя, я понял, что ищущий человек обречён идти, — сказал на одном из привалов Коготь, обращаясь к Глебу. — Стремление к цели побуждает к движению, но мне кажется, что порой движение — не лучший вариант достижения цели, — задумчиво изрёк он.

— До свидания, господин, — попрощался кладбищенский сторож. И Глеба позабавила мрачная неоднозначность этих обычных вроде бы слов.

— Выбирая попутчиков, нельзя выбирать путь, идущие вместе могут идти в разные стороны. Идущие бок о бок, плечом к плечу могут оказаться на разных концах. Одна дорога на всех — не одно и то же, что все на одной дороге...

Рядом толкались люди, неотличимые от собственных теней. Их было много, все они шли куда-то, наверное, каждый по своим делам, но шли лишь в двух направлениях: либо вместе с Глебом, либо навстречу ему – двигались по тротуару, также опасаясь вееров брызг из-под колес проезжающих автомобилей..
Хотелось лета, солнца.
Все это было там. И Глеб возвращался, садился за компьютер, и для него начиналась вторая жизнь.