Дела семейные

Парсы славятся честностью. Мне не нужно беспокоиться, не прилипнут ли наличные к подкладке ваших карманов

Я потомственный бомбеец. Родился и вырос в Бомбее, а это значит, что я вакцинирован против приступов возмущения

«Хорошо, — сказала она, — больше нет смысла разговаривать». И ушла. Он остался сидеть у моря

И хоть вы сейчас вряд ли это понимаете, школьные годы - счастливые годы вашей жизни, - говорил отец, обращаясь к своим сыновьям. - Они так быстро промчатся, что вы даже не заметите. А став постарше, будете их вспоминать, мечтать, чтобы они вернулись. Но их не вернуть. Так что радуйтесь школьным годам, пока можно.

Ад обладает способностью проникать даже через небесные мембраны.

"Все мы недооцениваем собственную жизнь. .. На самом деле, сколько ни искать по свету, все сводится к одной базовой истории: о молодости, об утратах, об искуплении. Так что все мы рассказываем одну и ту же историю снова и снова. Разница лишь в деталях".

если долго знаешь человека, он может вызывать у тебя самые разные эмоции, всевозможные реакции: зависть, восторг, жалость, раздражение, бешенство, нежность, ревность, любовь, отвращение. Но в конце все люди нуждаются в сострадании, все мы без исключения… Если с самого начала понимать это, насколько меньше было бы боли, горя и страданий…

— …И хоть вы сейчас вряд ли это понимаете, школьные годы — счастливые годы вашей жизни, — говорил отец, обращаясь к обоим сыновьям. — Они так быстро промчатся, что вы даже не заметите. А став постарше, будете их вспоминать, мечтать, чтобы они вернулись. Но их не вернуть. Так что радуйтесь школьным годам, пока можно.

У мамы было строжайшее правило: после клозета полагалось немедленно вымыть руки, вымыть дважды и с мылом; только после этого руки могли принимать участие в жизни за пределами клозета.

Если каждый день носить с собою свою смерть ,трудно будет растрачивать время на вражду ,на злость и горечь ,на второстепенности.Вот в чем секрет :помнить о своей смерти ,чтобы не допускать в жизни глупости и уродства .

“Почему, когда мы становимся взрослыми, счастливые дни вдруг остаются далеко позади?”

Excerpt From
Дела семейные
Рохинтон Мистри
This material may be protected by copyright.

Арифметика угрожала дедушкиной жизни, и ему хотелось выбросить из головы жестокие числа. Он резко поднялся на ноги и вышел на балкон.

Кто протягивал руки, кто тянул руки навстречу? Индусы, мусульмане, неприкасаемые далиты, парсы, христиане? Никто не знает, никого это не волнует. Просто люди, которым на поезд надо.

Но оставалось ей только одно — ждать, когда наступит ночь и сон снова возродит его. Чтобы наутро он был опять полон оптимизма.

Нам требуется невозможное, чтобы не быть несчастными. Но мир не так устроен.

Я думаю: что ждет нашу семью в этом доме, в доме моего деда, в этом мире, который все менее понятен? Я думаю об отце, который заставляет меня подозревать, будто мой настоящий отец исчез, а его место занял незнакомец, который без передышки молится.

Мимо промчался мотоциклист в кислородной маске. Скоро все начнут носить такие маски, а что делать? Хорошо бы найти маску, которая фильтрует проблемы мира…

Наш разум содержит в себе столько миров, что радости от них хватит на целую вечность. Плюс у тебя есть книги...

Я часто думаю о Бомбее как о живом существе. Будь Бомбей действительно женщиной из плоти и крови, крови той же группы, что у меня, и с отрицательным резусом-я бы отдал всю кровь, до последней капли, чтобы спасти ей жизнь.

Есть только один способ одолеть скорбь жизни — смех и радость. Достань красивую посуду, переоденься понарядней — не надо ничего беречь, нет смысла.