Пикник на льду

Вот живешь ты не задумываясь, а между прочим ты мужчина, и между прочим холостяк, и между прочим пингвин у тебя живет в качестве домашнего животного.
И писать тебе хочется. И славу романиста сыскать. Но вот усидчивости на роман не хватает. И в результате накропал ты рассказ, потащил зачем-то в газету, а в газете его, естественно не приняли.
Зато подумали и предложили тебе, как работнику короткого жанра, некрологи писать. На живых людей еще. В газету, до востребования, так сказать.
И вот живешь ты дальше не задумываясь, водку пьешь с другом-милиционером, некрологи- «крестики» пишешь и пингвина мороженной рыбой кормишь. А люди между прочим по твоим некрологам умирают, а у тебя между прочим на кухне какой-то дядя сидит и оставляет тебе в нагрузку к частному заказу на крестик свою малолетнюю дочь. Тоже до востребования, если выживет биологический отец.

А ты живешь. И девочка живет. И пингвин. И ты покорно соглашаешься на разные, не тобой принятые решения. Живешь не задумываясь.
И как бы не там.
И как посторонний...
На долго ли?

***
Очень ровный и скорее зимний роман. Пока читала, создавалось впечатление, что на фоне тикает метроном, настолько он ритмичен.
Прочла быстро и с удовольствием.
Перечитывать не буду :)

У меня было заготовлено три или четыре варианта отзыва на прочитанный опус, и все они были переполнены недоумением : Это кто-то читает?! Такое может нравится? Но я попытаюсь взять себя в руки и написать что-то по существу.
Начну с того, что эту книгу мне дали в рамках литературной игры. Если бы не обязанность прочесть и написать отзыв, я бы её на третьей странице закрыла и забыла как дурной сон. Но пришлось превозмочь.
Формально книга соответствует моей заявке : у главного героя живёт пингвин (искомое редкое животное), но автор про пингвина практически не пишет, а если и пишет, то откровенно бредит. Автор действительно думает, что императорского пингвина можно кормить мороженой рыбой и выпускать поплавать в хлорированную воду из- под крана? Ну- ну... А ещё господин Курков считает, что у пингвина "холодный нос". Видимо, с собакой перепутал. После происшедших в финале чудес пингвиньего исцеления я уже даже рыдать от хохота не могла, только булькала. Такой брееед! Автор, если у тебя по биологии двойка, то, может, не всем нужно об этом знать?
А если от пингвина отвлечься, то что мы имеем ? Дурно написанный "крутой" детектив с братками, трупами, разборками, водкой и невнятной интригой. Описания в книге практически отсутствуют, герои практически не проработаны, у них нет ни прошлого, ни будущего. Язык скудный и топорный. Если прибавить к этому ещё и отсутствие какой-либо логики, то получается грустно. Правда, под финал этого чтива у меня закралась мысль : "А что, если передо мной тонкая пародия, постмодернизм, сложность за внешней простотой? Но едва ли, никаких глубин я там не ощутила. Очень неприятно, что пришлось этот текст через себя пропускать. Опусу Куркова торжественно присваивается звание худшей книги из тех, что я прочла.
Я уже не раз писала, что я плохо понимаю современную русскую литературу. Украинскую мне не удалось понять в принципе.

Дико читать о турбулентных 90-х сейчас. И вообще хз какой абсурд для тех, кто читает эту книгу на английском - как объяснить хотя бы часть того, что тогда происходило? Пингвин дома - ну взял человек, потому что зоопарк не мог прокормить - что тут такого?
Это далеко не единственная книга, где герой сочиняет некрологи ещё живым людям, чтобы в случае чего - у газеты было всё под рукой. Однако, здесь это приобретает зловещий характер (впрочем, кажется, у Стивена Кинга есть рассказ на подобную тему, и я не сомневаюсь, что у него вышло зловещее).
Книга о том, как пытаться плыть по течению, представляя, что имеешь контроль над чем-то, даже если вокруг тебя всё происходит хаотично и без какого-либо контроля, и может перевернуться с ног на голову одномоментно: только что ты, а уже тебя. Документ эпохи, которую мы пережили. Довольно печальный для тех, кто там был. Видимо, забавный для тех, кто нет.

Если в двух словах, «Пикник на льду» – самое унылое из чтив. И это не смотря на то, что действие происходит в конце девяностых годов двадцатого века в постсоветском Киеве и включает в себя бандитов, пачки долларов, некрологи и прятки по дачам (что на местном жаргоне называется «залечь на дно»), а одну из главных ролей исполняет самый настоящий пингвин. Наш герой Виктор – унылый созерцатель, безучастно наблюдающий за своей жизнью, посиживая на кухне и попивая кофе. Он равнодушно впускает в свою квартиру вооружённых преступников и чужих детей, делит кровать с женщиной, на которую ему наплевать и спускает своё время и писательский талант на написание некрологов на ещё живых людей, что, понятное дело, до добра не доводит. Мне кажется, фраза «Виктор пожал плечами» встречается в тексте настолько часто и характеризует весь роман настолько точно, что мне и добавить нечего. Сам автор в тексте сказал всё вместо меня:

«Жизнь была бледна и болезненна, она не приносила радости. Даже пингвин Миша, и тот был какой-то грустный, словно и он познал лишь бледность жизни, без красок и эмоций, без радостных всплесков души, без восторга.»

Возможно, этот роман – попытка изобразить писательский (жизненный) кризис, рефлексию человека в вихре тогдашней жизни, но, как по мне, никаких умных мыслей унылый Виктор на свет не произвёл, а сюжет развивается настолько вяло и предсказуемо, что и на какой-нибудь бандитский детектив (есть такой жанр?) книга не тянет. Я, признаться, немного предвзято отношусь к фикшену той эпохи (весь этот развал союза, бандитизьм, менты, крыши и тэ дэ), но, мне кажется, и оптимистично настроенному читателю, незнакомому с теми реалиями, здесь поживиться нечем: неосведомлённым о той жизни будет непонятно, а осведомлённым – скучно.

Жил да был некий непризнанный литератор Виктор. Он взял себе из зоопарка королевского пингвина, кормил его мороженой рыбой и креветками, купал в ванной. Ещё Виктор мечтал написать роман, но даже маленькие рассказики получались у него с большим трудом. Но тут ему предложили необычную работу – писать некрологи под псевдонимом на ныне ещё живых людей. Виктору понравилась эта затея и он вдохновенно принялся за работу. Для того, чтобы написать некролог или, иначе говоря, «крестик» требовалась информация о человеке. Редактор её, конечно же, выдавал и обязательно подчёркивал красным карандашом самые важные факты из жизни будущего покойника. Странная работа с «двойным дном», о котором можно было догадаться с самого начала, начала становиться опасной, но пути назад уже не было.

Почему-то я чуть ли не маниакально хотела поставить книге оценку повыше текущей и отчаянно искала, как бы это сделать. Слог автора, хоть и достаточно бедный и немного топорный, не раздражал, а наоборот радовал – можно было не задерживаться на каких-то действительно ничего не значащих событиях и излишних уточнениях, а просто спокойно и целенаправленно идти к финалу. В этом же самом финале я узнала, что, оказывается, всё это время читала детектив с бандитскими разборками, а пингвин… Если бы не пингвин, дочитать бы не смогла. Книга сама по себе отдаёт какой-то тоской и, не побоюсь этого слова, безысходностью. Читать её тяжело, после прочтения хочется обнять себя за плечи и сказать «а мы грустить не будем». Сложилось впечатление, что автор что-то помимо невзрачного сюжета запрятал между строк, но то ли я этого не нашла, то ли этого и не было вовсе.

Эта книга, мне кажется, идеально подходит для поздней осени или зимы, ибо читать печальную, серую книгу в другое время невозможно. Да и стоит ли даже в зимой в самую холодную ночь за неё браться? Думается мне, что всё-таки не стоит.

Мне эта книга очень понравилась. Прочитала её не отрываясь, меньше, чем за день. Во- первых, у автора легкий слог, что не так часто встречается. Во- вторых, не смотря на нагромождение нелепостей и случайностей, атмосфера того времени передана на удивление верно. Это время надо прожить, чтобы понять эту книгу. Рухнула не только страна, рухнула система ценностей многих поколений людей. И вот они ошарашенные -без работы, без денег, без цели в жизни, вынуждены спасаться от обломков этого великого обвала. Два примера из собственной собственной биографии, чтобы не спойлерить книгу. С коляской иду на молочную кухню. Раз -Не успела заехать во двор, слышу стреляют- убили, как выяснилось, криминального авторитета. А если бы мы оказались свидетелями? Два- Знакомые предложили два дня поработать, продавать овощи, деньги побольше, чем моя месячная зарплата в университете, которую ещё и не платили месяцами, заплатили заранее. Первый день отработала нормально. В середине второго рабочего дня зарезали продавца овощами через два столика от меня. Сначала никто ничего не понял, потом вызвали милицию. Доработала нормально, а мне ещё и премию выдали " за опасные условия труда" Так и жили. Поэтому для меня в поведении главного героя нет ничего удивительного. Сначала не догадался, а потом испугался- было чего пугаться в 90 годы. А много отрицательных оценок у книги от молодежи, которые, какое счастье! либо не помнят всего этого по малолетству, либо родились позднее. Ребята, я вам завидую, что у вас нет такого жизненного опыта.

Книга как зал ожидания. Почему? На вокзале также обыденно серо. Кто-то ждет, кого-то встречают, суета и интрига, кстати всегда есть своя будничная история. И даже можно встретить экзотику, навряд ли полосатого слона на поводке, но если повезет пингвина. А самое главное там все друг для друга посторонние. Равнодушные люди.
Строки ровные, читается легко и ритмично (а именно наличие отчетливого внутреннего ритма выделяет качество письма), только как-то поверхностно. Интерес вызывают исключительно некрологи. В этих резюмирующих эпиграфах люди внезапно оживают, выглядят осмысленно прекрасно и полновестно, их любишь и ценишь. Только уже поздно. Жизнь вообщем-то ушла, а он так и ходил по замкнутому кругу (дом - работа, работа - дом), строго и прилежно. Кормил пингвина, кофе пил и не только кофе, так и не решился по-настоящему полюбить, чтобы отчаянно и безвозмездно. И лишь один поступок в жизни Виктора заслуживает уважения (пускай только один, у многих нет даже этого).
Если бы не триггер, принципиальное внутреннее обязательство заставившее прочесть и написать отзыв, то книгу отложил бы в сторону. Но пришлось превозмочь. Единственное что вызвало интерес это творческий момент. Определение той малозаметной грани когда автор решает - вот он мой герой. В какой момент автор говорит его устами, где он начинает ассоциировать себя с ним.
Но увы… это уже предметное изыскание для другого отзыва.