Цитаты из книги Солнечный удар

– Я хочу, чтобы мне не надо было работать, для того, чтобы обеспечить себя. Никогда. Я моргнула, обдумывая его слова. Подростковые мыслительные процессы так отличались от взрослых. Взрослый мог, например, потребовать несколько грузовиков с наличкой, предполагая, что такое количество денег, позволит ему не работать всю жизнь. Что, в общем то, вполне разумно. Но Кевин попросил нечто совершенно иное. – Итак, предположим, ты это пожелал. Ты не разочаруешься, если я превращу тебя в паралитика, дышащего через трубку? Наступила его очередь моргать. Он открыл рот, но, так ничего и, не сказав, закрыл его. – Я думаю, тебе уж точно не пришлось бы работать, не так ли?

Нью-Йорк интересен на любом уровне, но на эфирном особенно. В физическом плане он многослоен, как свадебный пирог, одна история громоздится на другую. Стоит спуститься в один из его тоннелей, и можно обнаружить граффити, оставленные не только первыми, еще голландскими, поселенцами, но даже давным-давно вытесненными, жившими здесь до них индейцами. В тонком мире Нью-Йорк - это не кирпич, бетон и уличные фонари. Он воспринимается через энергетику как колоссальная батарея, заряженная добром, злом, яростью, покоем, гневом, любовью, ненавистью и честолюбием. На много миль выбрасывает разряды в метафизический слой. Настоящая фантасмагория, средоточие постоянно меняющихся иллюзий. ...На эфирном уровне башни-близнецы никуда не делись. Увидев их, я буквально остолбенела, чувствуя, как по коже бегут холодные мурашки. Призраки двух небоскребов вздымались к серому небу, поблескивая льдистым стеклом. — Как… — вырвалось у меня, хотя ответ я уже знала. Они возвышались на прежнем месте, потому что продолжали существовать в умах и сердцах миллионов, если не миллиардов людей, и пока не истают их образы, они останутся здесь. — Это потому, что мы их помним. Рэйчел кивнула с серьезным лицом. — Люди обладают энергией, — сказала она. — Созидание, разрушение, воспоминания… Во всем этом таится могучая сила. Едва ли кто-то из них догадывается, насколько она велика.