Цитаты из книги Мотылек

Самое страшное будет для меня, если ты выстроишь вполне банальную и не очень даже эгоистичную жизнь, где будет всё как у людей и всё в своё время. Мы строили с тобой Рай - ты понимаешь это?

Кто такой Христос для тебя? Бог. Неправда! Не Бог он для тебя, а фишка. наклейка, ярлык. Опознавательный знак из семи букв.

Кто Он для тебя? В каком жесте и имени тобой - узнан? Просил ли ты Его, чтобы Он дал себя узнать? Нет, не просил - твоего представления О Нём тебе вполне достаточно.

Труднее всего, когда жизнь реальна.

Она была уверенна, что взрослеет не по дням, а по часам, произнося такие термины, как "духовный рост", "здравомыслие", и, наконец, "служение". - Тебе мама всю жизнь служит, - однажды напомнил я ей, но понят не был.

...встретишь Будду на дороге - убей Будду.

...И вот когда некий герой или подвижник добирается до крыши, он говорит: я нашел бога. Дальше идти некуда. И у него начинает формироваться высшее представление о Боге. На какое-то время он забывает, что формировал его и на первом, и на втором, и на третьем этаже. И что там оно работлао какое-то время вполне удовлетворительно. И на крыше он говорит: я постиг. И вот ту-то слышится тихий голос: "Убей Будду".

Год - это непонятно, что такое. Это огромный такой воздушный цилиндр, в котором видно сегодня, завтра, а потом он начинает становиться всё темнее и темнее и в конце исчезает совсем.

Меня вычисляли и делали безопасным - вот что меня так стукнуло. Она хотела безопасной любви. Всё что угодно - но безопасной любви не бывает. Если она безопасна, то это не любовь.

Это был самый большой и длительный ужас всей моей жизни...у меня в душе гостил дьявол.

Можно прожит двадцать с лишним лет в браке с женщиной и считать эту жизнь общей, принадлежа на самом деле телом и душой к совершенно несхожим, ничего общего между собой не имеющим историям. Потому что каждая из них - одна штольня, у которой нет ходов к другой, кроме двух-трёх несущественных и случайных пересечений...

"И нарёк Адам имя жене своей Ева. И сделал Господь бог Адаму и жене его одежды кожаные и одел их". До грехопадения не было на нас этой непрозрачной кожи. Ева была прозрачной, из неё шел свет. И любовь их была слиянием двух потоков света - от него и от неё.

Потому что те, кто погибают от любви, на самом деле не умирают никогда.

- Я просто хочу спросить вас об одном: есть ли единственная реальность, та, которая и есть единственная реальность? - Есть. - И что же это за реальность? - Царство небесное.