Ги де Мопассан

«Я чувствую, как трепещет во мне нечто присущее всем видам животных, всем инстинктам, всем смутным желаниям низших существ... Я люблю землю. Когда стоит хорошая погода... то по жилам моим струится кровь древних фавнов – бродяг и сладострастников, и я более не брат людям, но брат всем существам и всем вещам». -(Мопассан).

Все что ни есть прекрасного – женщина ли, пейзаж ли – навевало ему [Ги] мысли о смерти. Но стоило ему почувствовать себя охваченным тяготением к небытию, как в нем в одно мгновение вспыхивало животное стремление к слиянию с природой

...«Орля» был квалифицирован прессой как высококачественное произведение, в котором доминируют оккультные влияния.

Этой своею новеллой [«Орля»] – одною из самых глубоких, самых волнующих в подборке – Мопассан утверждает свой нигилизм лицом к лицу с непостижимой вселенной.

Я думаю, что талант есть не что иное, как длительное размышление, так как дарован он людям, которые обладают умом… -(Мопассан).

Он [Ги] говорит своим друзьям: «Я рад был бы умереть, если б имел уверенность, что кто-нибудь подумает обо мне так же, как я думаю о нем [о Флобере]».

Отшельнику из Круассе оказалось достаточно сочинить «Мадам Бовари», чтобы оказаться причисленным к ряду самых великих. Мопассан мечтает с ним сравниться.

После «Пышки» он видит в нем писателя высшей пробы. Тургенев даже утверждает, что сам Толстой, прочитав «Заведение Телье», был очарован.

«Вы скажете: туземцы восстают. Но разве не правда, что у них отбирают собственность и платят им за земли лишь одну сотую истинной стоимости?»... В то время как во Франции подавляющее большинство народа с увлечением наблюдают за африканской авантюрой, он [Ги] глубоко скорбит о неправедности колонизации.

...Ги принял в начале июля 1881 года предложение газеты «Ле Голуа» отправиться в качестве репортера в Северную Африку, где французская армия «с твердостью и методичностью» утихомиривала мятежные племена.