Цитаты из книги Книга учета жизни

Тургеневские герои вместо того, чтобы любить друг друга, обсуждают немецкую философию.

Русская литература издавна ориентирована на бичевание пороков и исправление нравов. И ладно бы - собственных, но речь идёт о том, что все устройство жизни никуда не годится и его надо переделать.

Бродский и Битлз принадлежат к одному поколению. Но и ему, и им это поколение по колено.

голос русской литературы отличается от ее почерка.

"Пинк Флойд" по существу мало чем отличается от Шопена. Красивая музыка, но написана не про нас.

Есть что-то жуткое в чтении биографий. Пятилетний мальчик превращается на наших глазах в тридцатипятилетнего алкоголика.

В конце восьмидесятых Гребенщиков спел: "Мы могли бы войти в историю. // Слава Богу, мы туда не пошли". Записана эта песня не где-нибудь, а на альбоме под названием "История Аквариума. Том третий". Вот такая история.

Наряду с обычной литературой, я думаю, существует особая, букеровская, главная цель которой состоит в получении премии.

Хороший писатель - это когда никто не знает, какой он плохой писатель.

Ещё в школе я высчитал, что в двухтысячном году мне исполнится тридцать. Поразительно, но так оно и случилось.

Источником литературы может быть все что угодно. Даже старческий склероз. То есть желание восполнить пробелы в памяти.