Ипатьевская ночь

Ливадийский дворец, детские балы, роскошь Зимнего, ожидание любви — все заканчивалось на грязном полу, под пыхтение бывшего каторжника. В невозможной боли под тупым штыком.

Итак, за три дня до их конца Николай оборвал свой дневник. Она продолжала. Она довела их повесть до конца.