Цитаты из книги Ковентри возрождается

Говорите о Гитлере что хотите, но кое в чем он разбирался. Он умел правильно расставить приоритеты.

У каждой был свой оттенок зеленого, как у графств на карте Ирландии.

В семейных связях есть что-то невыразимо печальное. Узы крови столь хрупки. Их так легко порвать.

Мистер Спитлхаус не одобряет тесного сближения двух полов. Он надевает четверо трусов на тот случай, если вдруг первая встречная женщина поддастся искушению взять его силой.

Он не любил, когда у него в баре повышали голос. Он по опыту знал, что сначала клиенты повышают голос, а потом приходится вызывать полицию и, прихватив выручку, запираться в кладовой.

В аэропорту Гатуик, сидя в кафетерии, сержант сыскной полиции Хорсфилд наблюдал, как инспектор сыскной полиции Слай запихивает в свою ненасытную пасть яйца, ветчину, поджаренный хлеб, грибы, тушеные бобы, жареный картофель и хлеб с маслом. «У диких кабанов я видел манеры получше», — думал Хорсфилд.

Инспектор сыскной полиции Слай был заядлым сторонником хорошей взбучки. Он сам не раз наблюдал, какие она творит чудеса. У людей, выходивших из полицейского участка, спина была в невидимых миру синяках, зато голову они держали высоко.

Мы с Дереком исключали самую мысль о том, что наши дети не будут счастливы. Понимаете, мы с Дереком оба были в детстве несчастны. Потому мы и поженились: чтобы произвести на свет себе подобных и тем самым снова попытать счастья.

В нашем доме деньги были богом. Но это был строгий, сердитый бог. Суть была не в поклонении деньгам, а в трепете перед ними.

Красивую женщину никто не воспринимает всерьёз, кроме неё самой.

- Я услышал слово "жена" и не выдержал, - объяснил Дерек Слаю, как только перестал плакать и судорожно вздыхать. - Жена - это женщина в фартуке, у которой руки по локоть в миске с тестом. Жена - добрая и мягкая и говорит близким нежные слова. Жена не убивает соседа, а потом не убегает из дома...

Всё прошло. Всё. Снесено навсегда. Сровняли и мусор увезли на свалку. И никто не попытался этому помешать, потому что никто не знал, к кому обратиться и что сказать; людей просто заворожило слово "прогресс", которым оправдывали всё.

Он верил в закон и справедливость-впрочем, не обязательно в этом порядке.

Он доволен, Руфь довольна, а весь остальной мир пусть пропадет пропадом.

Мне хотелось покинуть землю, пробуравить небо и исчезнуть среди облаков.

Они занозами сидят в моём мозгу. Они будут со мной до конца жизни, куда бы я ни поехала. Только смерть освободит меня от них.

Дерек выл, как расстроенный волк. Слай с презрением наблюдал за ним. Он думал: «Дайте мне его в камеру минут на пять, и я сделаю из него мужчину. Что ему нужно, так это хорошая взбучка».

Оба они считали, что в присутствии детей спорить нельзя, поэтому ушли препираться в сарай для черепах.

Мне срочно надо было в уборную. Я стала отчаянно искать нужную вывеску; вот она. Такой знакомый силуэт: женщина без рук, в треугольном платье.