Practical Demonkeeping

зла в нищете нет – нищета просто открывает человека злу.

“Никогда не следует недооценивать число людей, желающих увидеть твое падение”.

Рассол злился на себя: чем больше он думал о спокойствии, тем дальше оно от него ускользало. “Это как кусать себя за зубы, – утверждала дзэнская поговорка. – Хватать не только нечего, но и нечем”.

Семью нельзя завести в одиночку.

Сказать, что Эффром был неважным поваром, было бы легким преуменьшением – все равно что утверждать, будто геноцид – не очень эффективная стратегия связей с общественностью.

Преисподняя безвременна и неизменна — и невыносимо скучна, как приемная у врача.

С тех пор, как он обнаружил в эфире утреннюю гимнастику, все его сны населяли молодые блондинки в радужных трико.

Холестерин казался слишком тихим и коварным, а потому неопасным врагом, и давным-давно Рассол решил, что пока холестерин не соберет силы и не ринется на него по тарелке в атаку, точно бригада легкой кавалерии, он не будет обращать на него внимания.

У мужчин должна быть своя тайная жизнь, свои запретные наслаждения — истинные или мнимые. Леденцы, стыренные из банки, всегда слаще поданных на блюде. Ничто так не разжигает похотливый зуд, как пуританство.

Наверное, “Свидетели Иеговы”. Эффром слез с табурета, проверил, завалялась ли в карманах штанов мелочь, нашел четвертачок. Если у них купить “Сторожевую башню”, они отстанут, а если мелочи не найдется, будут и дальше спасать твою душу, точно изголодавшиеся терьеры.

-Не увиливай. Что такое мораль?
-Это разница между тем, что правильно, и тем, что можно оправдать.

После смерти Мерла Рэчел носила траур ровно столько времени, сколько потребовалось суду, чтобы передать ей имущество покойного мужа.

Выбрать самый дорогой ресторан? Нет, это может его отпугнуть. К югу от городка есть романтическое итальянское заведение, но вдруг ему в голову придет неподобающая мысль? Пиццерия — слишком уж неформально. Бургеры — не может быть и речи. Она вегетарианка. Английская кухня? Нет — за что его наказывать?

И так — уже двадцать пять лет, с тех пор, как он вышел на пенсию. Только жить стало легче, и можно подольше поспать, как тело начало диктовать свои условия.

Всё на свете – сказки. Что еще есть в мире, кроме сказок? Сказки – вот единственная правда.

Хозяйка салуна «Пена дна» Мэвис Сэнд так долго прожила на этом свете с Призраком Смерти за плечами, что он казался ей просто старым удобным свитером. Со Смертью она примирилась очень давно, а Смерть в обмен согласилась отщипывать от нее по кусочку, а не забирать всю целиком и сразу.

Роберт вдруг подумал, что совершил ошибку, перемыв посуду. В трейлере появилось светлое пятно, пусть и маленькое, но в сравнении с ним его жизнь стала выглядеть еще более убогой.

Вёрджил как никто другой умел ставить неверные диагнозы двигателям. Когда он имел дело с туристами, стратегия обычно сводилась к тому, что он начинал заменять одну деталь за другой, пока проблема не решалась или не заканчивались деньги на счету клиента — смотря что происходило раньше.

Бабочки не тоскуют по тем временам, когда они были гусеницами.