Цитаты из книги Свет в окошке

Насильничать, убивать, грабить - характерно для рабов, которым вдруг перестала грозить плётка. Рабы божьи в этом смысле не являются исключением. А человеку неверующему приходится быть человеком самому, без помощи божественных кар. Единственный его помощник - совесть, без которой вполне может обойтись благопристойный христианин.

Грех - это поступок, за который нас мучает совесть.

Ещё одна беда современного человека: сентиментально отхлюпав носом на выпускном вечере, всякий начинает считать себя взрослым, не думая, что вся его взрослость заключается в том, что он забыл себя самого и собственное детство. Памяти нашей едва хватает на пять минут, и в результате по десять раз на дню человек, полагающий себя мудрым, наступает на одни и те же грабли. А ведь для настоящей мудрости нужно так немного — остаться в глубине сердца прежним ребёнком. Этому тоже учит память.

Знал бы, что тут так встречают, честное слово, помирать бы не стал.

Заботиться о живых нужно, а помереть можно и без комфорта.

« Мы живы пока нас кто-то помнит»

В России две беды, но дураки — хуже.

Давно известно, хочешь испортить отношения с человеком – задолжай ему побольше денег или дай крупную сумму взаймы. Отношения будут испорчены прочно и навсегда.

Как сказала когда-то тётя Саша, на том свете царит идеальная анархия, воплощённая мечта князя Кропоткина.

Памяти нашей едва хватает на пять минут, и в результате по десять раз на дню человек, полагающий себя мудрым, наступает на одни и те же грабли. А ведь для настоящей мудрости нужно так немного — остаться в глубине сердца прежним ребёнком. Этому тоже учит память.

Я врать не люблю. Правда всегда ядрёней, у неё привкус такой, что не спутаешь.

Поддерживать вещь в порядке куда дешевле, чем мастерить заново, – эта немудрящая истина справедлива и для такой вещи, как собственное тело.

Внешности Любаша не меняла, она просто была счастливой, а это состояние украшает человека лучше любого косметического салона.

Какое ж государство в царстве мертвых? Маркса читать нужно... Государство - аппарат принуждения, а к чему ты меня принудишь, если я уже померла?

В грехах мы все - как цветы в росе, Святых между нами нет. А если ты свят - ты мне не брат, Не друг мне и не сосед.

Я был в беде - как рыба в воде, Я понял закон простой: Там грешник приходит на помощь, Где отвертывается святой.

Творить может только память живых,об этом живым никогда не стоит забывать.

Ещё одна беда современного человека: сентиментально отхлюпав носом на выпускном вечере, всякий начинает считать себя взрослым, не думая, что вся его взрослость заключается в том, что он забыл себя самого и собственное детство.

Хорошо тем, кто в убогости своей верует в господа. Они точно знают, что такое хорошо и что такое плохо, всё это решено за них и записано в дряхлых книгах.

– Главное – без паники! – заговорил Илья Ильич вслух. – Собственно говоря, чего мне пугаться? Я и так умер, и хуже, чем есть, уже не станет. Это живым бывает страшно, а мёртвому всё должно быть пофигу.