Dance. Dance. Dance

«Доведи любую непристойность до ее крайней степени – и к ней уже применимы критерии добра и зла. Ибо дальше речь идет уже о чьих-то персональных иллюзиях. А с рождением Персональной Иллюзии все моментально начинает циркулировать как самый обычный товар».

Я всегда выбираю заведение пошумнее. Так спокойнее. И одиночества не ощущаешь, и с самим собой разговаривай вслух сколько влезет - никто не услышит.

Только перед рассветом выбирался из дома и шатался по безлюдным улицам. С появлением первых прохожих возвращался домой и ложился спать.

Я встретил странных людей, которые втянули меня в странную историю… А потом все кончилось — и я провалился в тишину, беспробудней которой не слышал с рождения. Жутким духом отсутствия всякой жизни пропитало мою квартиру.

Именно в этой кофейне, именно за этим столиком и с этой чашкой в руке я вдруг ощутил особенно жуткое, прожигающее до самых костей одиночество. Мне вдруг представилось: я — совершенно чужеродное тело. Ни этому городу, ни этой повседневности я никак не принадлежу.

Усталость может обрушиться на любого из нас независимо от красоты или возраста. Точно так же, как буря, нвводнение, землетрясение или горный буран.

Вся учёба по принципу "не высовывайся", и хорошие отметки достаются только кретинам без капли воображения.

У фантазии бюджета не бывает.

Разве те, у кого хорошо получается, плачутся в жилетку при каждой встрече?

— Ты чего так смотришь? — спросила она.
— Ревную тебя к бассейну, — ответил я.