Дневник плохой мамаши

"Между прочим, рождение этого ребенка беспокоит меня еще и потому, что я становлюсь бабушкой, а значит — старой. В тридцать четыре года! Ведущие телепрограмм старше меня… ну, некоторые. Хочется выкинуть к черту свитера и старушечьи штаны, носить топики, молодежные брючки, а волосы подбирать заколками с бабочками. И что, я буду выглядеть как молодящаяся бабка? Ну как я могу стать бабушкой?

И все-таки я чувствую: как только родится этот ребенок, я встану на путь, который ведет к ирискам «Werther’s Original», журналу «The People's Friend» и смерти. Я себя еще женщиной среднего возраста не считала, и вот те на — бабушка Карен. Еще меньше шансов найти мужчину. Нельзя назвать козырной картой в беседе такую фразу: «Не хочешь зайти как-нибудь посмотреть на моего внука?» Могу поспорить, Шарлотта об этом не думала. Ну почему моя дочь такая эгоистка?" (Карен)

"— Бедняжка! — объявила Сильвия, как только дверь за директором закрылась.

Это она вздыхает потому, что ему сорок — может, даже пятьдесят, — и он все еще не женат, всю жизнь жил с родителями, пока они не умерли, и теперь так и живет один в огромном доме на Каслтон-роуд — ходит, наверно, по пустым комнатам. Почему, спрашивается, он не купит маленький домик? А еще, может быть, он гей, только не сознает этого, а ведь в наши дни никто не видит в этом ничего страшного. И лысеет уже, несчастный. Рассуждения Сильвии о нашем директоре я слышала бессчетное количество раз. На самом деле он неплохой человек и хороший начальник." (Карен)